Книга Тень железной руки, страница 111 – Илья Карпов

— Боюсь, мне неведомо, что это значит.

— «Из многих единое», — пояснила настоятельница. — Калантар призывает собраться под единым началом, собрать пальцы в железный кулак и сокрушить врагов.

— Вы говорите о войне? Что это, если не самое противное милосердию явление?

— Но что, если эта война положит конец всем войнам? Век без распрей и вражды — это ли не милосердие для нашего измученного мира?

Инквизитор молчал.

— Вижу, вы не верите в такую возможность, — улыбнулась настоятельница. — Для мирянина это неудивительно. Но я собственными глазами видела, что бывает, когда страну раздирают на части изнутри и снаружи, Грегор. Это видела и Агна, и его величество король. Они понимают, что привести королевство к процветанию можно, лишь покарав всех, кто стоит на пути к нему. Без жалости. Даже если это присягнувший на верность рыцарь… Или же родная дочь.

Грегорион нахмурился.

— Да, не прикидывайтесь. Вы, разумеется, знаете, кто ваши спутники на самом деле. Опальный рыцарь, сир Дэйн Кавигер и её высочество принцесса Мерайя.

— Но откуда вы… Как вы узнали?

— К сожалению для вас, недостаточно состричь девушке волосы и обрядить в мужское. Неужели вы думали, что белые сёстры не сумеют распознать лунные дни? Кровь на соломенной подстилке, кровь на одежде… Если бы вы признались сразу, я бы распорядилась приготовить болеутоляющий эликсир для бедняжки. Теперь же её мучения на вашей совести. Впрочем, поначалу я не придала этому значение…

— Послушайте, — Грегорион попытался говорить как можно спокойнее, — завтра нас здесь уже не будет. Позвольте нам переждать ночь, а утром…

— Это уже не важно, — перебила настоятельница. — На ваш след уже давно напали. Сегодня, перед службой, они добрались до монастыря и связались со мной. Тогда-то я и узнала, что приютила под своей крышей предателя и беглянку. И пообещала сделать так, чтобы справедливость восторжествовала.

— Так вот какова служительница владык милосердия! — воскликнул инквизитор, вскочив на ноги.

— Церковь и корона теперь едины, и я верна им как никогда! — вскрикнула матушка Ферлисса и надменно улыбнулась. — Я не знаю, зачем вы им помогаете, но наказаны будете первым.

— Ты угрожаешь мне, настоятельница? — холодно проговорил Грегорион, забыв о всяких приличиях. — У тебя припрятан нож? Или думаешь, меня удержат эти двери?

— У белых сестёр есть более изящные способы защитить себя. В вино, которое ты пил, я добавила достаточно снотворного, чтобы свалить с ног даже такого здоровяка. То же средство выпили и твои спутники. Их, должно быть, уже вяжут, а ты погрузишься в крепкий сон примерно… сейчас.

У Грегориона потемнело в глазах, но то было не действие снотворного отвара. Он поклялся защищать принцессу, привёл их с Дэйном в монастырь, а теперь они оба в опасности. По его вине.

Инквизитор рванулся с места, едва не сорвав дверь с петель. Он пролетел коридор, спустился с лестницы, перепрыгивая через несколько ступеней разом, и вот уже оказался на улице, где ему открылась неожиданная картина. Вход в больницу окружили трое конников в узкополых шляпах с перьями и один пеший оборванец, а оскалившийся Дэйн Кавигер стоял на пороге, выставив вперёд меч. Из-за его спины выглядывала испуганная принцесса.

Услышав Грегориона, всадники обернулись, а тот, что был безлошадным, указал на инквизитора пальцем.