Книга Ни богов, ни королей, страница 123 – Илья Карпов

Сами же придворные слушали это, больше всего боясь выказать жестом или взглядом хоть малейшее неудовольствие или страх. Слухи в замке разносятся быстрее, чем пыль по летней дороге, поэтому каждый знал и об отсечённых языках, и об отрезанных ушах, и об изуродованной спине несчастной фрейлины.

Во время праздников и выступлений командующий гвардией был обязан находиться возле короля, но в этот день Дэйн Кавигер попросил командующего городской стражей Хассера Гвила устроить тренировку с оружием, на которой он, Дэйн, должен поделиться со стражниками боевым опытом. Сир Хассер, ни секунды не думая, согласился: он не хотел присутствовать при казни своего брата, сира Гримуальда Гвила, бывшего рыцаря королевской гвардии. Такая причина отсутствия командующего устроила его величество.

Эдвальд даже благодушно заметил, что подобные тренировки стоит проводить почаще. Ведь несмотря на скорое создание ордена Железной руки, корона не собирается списывать городскую стражу со счетов, а потому каждый стражник должен быть готов выслеживать и истреблять внутренних врагов для спокойствия королевства. Бывшие городские стражники не останутся без дела, а отправятся патрулировать тракты королевства небольшими отрядами. Дэйн на это лишь учтиво кивнул, ни единым словом не дав понять, что эта идея ему не нравится.

Явос Таммарен же просто сказался больным и пожелал в этот день остаться в замке. Учитывая преклонный возраст верховного казначея, король с лёгкостью поверил ему и позволил провести день в покоях.

В день праздника природа оказала городу услугу, подарив солнечную погоду. Небо не было безоблачным, но облака закрывали светило в тот самый момент, когда ещё чуть-чуть и стало бы слишком жарко. Пречистая Агна сказала королю, что это знак божественного одобрения, а если сами боги открыто выказывают своё одобрение, то больше бояться некого. Эдвальд ответил, что пропасть между страхом и опасением столь же глубока, как между позорным бегством с поля боя и отступлением, чтобы после неожиданно нанести ответный удар.

— В опасениях, ваше святейшество, нет ничего зазорного, если для них есть повод, — говорил король, — а уж поводов в королевстве предостаточно. И когда враги решат показать себя, мы будем готовы.

В глазах матриарха читалось уважение, но всё же Эдвальд не был уверен, что она в полной мере уловила суть его слов. Что ж, иногда достаточно и преданности, а понимание — оно рано или поздно придёт.

Площадь перед Храмом троих быстро наводнялась народом. Люди заполняли площадь, влезали на ограды и взбирались на крыши домов, чтобы наверняка не упустить ни единой детали предстоящего зрелища. Послушать и посмотреть на короля стекались лавочники и владельцы мастерских, крестьяне с предместий и заезжие торговцы. Последние были самой желанной целью сновавших тут и там карманников с Висельной улицы, что собирались неплохо нажиться на этом празднике. И никто не имел большего повода поднять вечером кружки за здоровье его величества, чем они. Одно такое королевское выступление могло надолго обеспечить уличного ловкача, если владельцем кошелька окажется рассеянный заезжий вельможа.

Однажды у Венианора Русворта во время визита в столицу так украли обручальное кольцо. Впрочем, поговаривали, что тот, будучи большим любителем выпивки и азартных игр, сам отнёс драгоценность в ломбард на Висельной улице, чтобы расплатиться по карточному долгу. Но своей супруге в Солёной скале он, разумеется, рассказал первую версию.