Книга Пыль и сталь, страница 51 – Илья Карпов

Серое небо напоминало мутную грязную лужу. Оно нависало над путниками, то и дело грозя разразиться дождем. Но дождь никак не начинался, будто копил силы, так что наемник с эльфом молчаливо топали по прямой как струна и пока еще сухой дороге.

К концу дня они добрались до переправы через Атер. Река эта была настолько широка, что по ней пускали суда и сплавляли лес к верфям Золотого берега. Эти щедрые воды кормили немало деревень, выросших по обоим берегам на протяжении всего русла, и Атер заслуженно носил звание Второй великой реки Энгаты.

Первой был неспокойный Эрберин, что брал начало в горных источниках к северу от Энгатара, огибал горы Пояса Мира, петляя словно змея, и, наконец, преодолев болота Южного края, впадал в залив Трех Сестер. Его название с эльфийского переводилось как «Шумная река», и имя это было дано неспроста: из-за витиеватого русла и бурного течения Эрберин почти не использовали для судоходства.

Таринор наслаждался приятной прохладой, которая исходила от шумевшей внизу воды. Хотя это было слабым утешением, после того как ему пришлось заплатить два серебряных марена лодочнику за переправу и еще один – чтобы тот не задавал вопросов насчет незнакомца под капюшоном.

Когда сгустились сумерки, путники разбили лагерь и начали готовиться ко сну.

— Так и разориться недолго, – ворчал Таринор, чиркая кресалом о кремень. – Хорошо хоть не все переправы платные.

— А если не платить? Есть обходной путь?

— Только вплавь через Атер. Ширину реки ты сам видел, а вода там в это время года, скажу я тебе, очень холодная, так что проще было заплатить. К счастью, серебро неплохо стирает память, а помнить о тебе лодочнику точно ни к чему. Уж лучше так, чем дать вести о темном эльфе расползтись по всей долине.

— Утром я добуду кролика, – неожиданно сказал Драм. – Или даже двух. Пусть это будет платой.

— Было бы славно. – Наемник раздул костер и подбросил сухих веток. – Теперь мы на землях лорда Рейнара, владыки Драконьей долины. Трактиры здесь недешевые.

— Я понимаю, почему этельдиар не любят. Тоже участвовал в вылазках на поверхность, хоть это и было так давно, что свидетели среди людей уже не вспомнят моего лица. Тем более сейчас… – Эльф снова прикоснулся к знаку на щеке.

* * *

Наутро Драм и впрямь вернулся с парой кроликов, но, когда вдобавок он вывалил возле костра охапку грибов, Таринор ужаснулся.

— Ты зачем эту дрянь притащил? Отравить меня вздумал?!

— Разве что-то не так? Кролики свежие, даже остыть не успели…

— Да при чем тут кролики? – Наемник осторожно, двумя пальцами, поднял один из грибов за тонкую белую ножку. – Вот как это, по-твоему, называется?

— Мне неизвестны названия всего, что растет на поверхности. – Невозмутимость Драма еще больше разозлила Таринора.

— Поганка это! – Он с отвращением отшвырнул гриб в сторону и ткнул пальцем в другой. – А это знаешь что? Мухомор! Да тут съедобных – раз-два и обчелся. Того, что ты принес, хватит целый отряд потравить. Навидался я в годы войны таких болванов, что в грибах не разбираются. Притащит из леса, друзей угостит, а на следующее утро поминай как звали. Да еще и ямы рыть этим дурням…

— Прости, я давно не был на поверхности. Забыл, что для вас они ядовиты.

— Забыл он… Постой, а для тебя разве нет?