Книга Пыль и сталь, страница 43 – Илья Карпов

— Значит, это… Народ! Сегодня день, когда все мы наконец-то сможем зажить спокойно! И вот он, тот человек, который, с моей помощью конечно же, избавил нас от чудовища. – Староста указал пухлым пальцем на наемника. – Пусть имя Таринора запомнят как доброе и честное! Ну а теперь… Все ведь готово? Хорошо. А теперь давайте отправим чудище в адские бездны, откуда оно родом!

Отец Дормий принял зажженный факел из рук старосты. Вспыхнули ветки хвороста у столба, следом занялось и остальное. Священник заранее велел положить дрова посуше, ведь от сырого дерева сжигаемый быстро задыхался, а упырю, по его словам, это не грозило. К тому же он отмел предложение обмазать упыря дегтем. Мол, нечисть и без того прекрасно горит в очистительном пламени.

— Внимайте мне, добрые люди! – воскликнул отец Дормий. – Пред ликом богов и людей, Троих и многих! Да пропадет вовек зло из этого мира, окропленное водой из чаши Отца Чистоты!

С этими словами он извлек из-за пазухи склянку и выплеснул ее в огонь. Драм же в свою очередь взвыл и зарычал сильнее прежнего: пламя почти достигло ног эльфа, так что он уже явно не притворялся.

— Пали его, сволочь такую! – крикнул осмелевший Рольф, грозя кулаком. – Пущай помучается!

Вдруг одобрительный гул толпы селян прорезал истошный вопль: «Пожар! Люди! Дом мага горит!» Все собравшиеся, словно по команде, обернулись и увидели, как из-под крыши заброшенного дома валит дым, как вырываются языки пламени из заколоченных окон. И в этот момент отец Дормий тихонько швырнул в костер едва заметный холщовый мешочек.

Кто-то бросился тушить пожар, кто-то – спасать добро из соседних домов. Казнь, только что занимавшая умы селян, в одночасье перестала их интересовать, а дым из-под ног эльфа тем временем окрасился в кроваво-красный цвет. Вскоре алый туман уже окутал все вокруг, началась толкотня и давка, селян охватил суеверный ужас. Его подогревал голос священника, проклинающего темные силы и взывающего к свету.

— Козни тьмы! – зычно кричал отец Дормий. – Проклятья адской бездны! Холар Всемилостивый, помоги нам в этот страшный час! Да сгинет мрак на веки вечные!

Бернард тщетно пытался воззвать к порядку. Люди сбивали друг друга с ног, метались, кричали. Косой Рольф упал на колени и принялся исступленно молиться, но добился лишь того, что об него споткнулись несколько человек, и молитва смешалась с грязной руганью.

Селяне носились с ведрами и кадками к колодцу и обратно, врезались друг в друга и расплескивали воду на землю. Кто-то кричал, что огонь вот-вот перекинется на частокол, кто-то голосил, будто заполыхала еще одна крыша…

Постепенно суматоха утихла. Алый дым рассеялся, пожар удалось потушить, а уставшие и промокшие люди расходились по домам и своим деревням. Староста вернулся к себе в прескверном настроении. Его несколько раз сбили с ног, и теперь красный кафтан сделался грязно-серым. День оказался еще хуже, чем он ожидал с утра.

Мало того что такое хорошее, по задумке, дело, как публичное сожжение упыря, обернулось пожаром, так еще и человек лорда Майвена, приехавший с обозом, в беготне подвернул ногу. Одним богам теперь известно, что он расскажет в замке.

«Хоть от чудища избавились», – утешал себя Бернард. Священник показал ему прах сожженного упыря, до странного напоминавший обычную древесную золу. О бесследно пропавшем в неразберихе наемнике староста вовсе забыл. Дело сделал, плату получил, и скатертью дорога – от наемников большего не требуется.