Книга Пыль и сталь, страница 149 – Илья Карпов

И все же Алистер брата любил, хоть и какой-то странной снисходительной любовью. Например, он мог запустить в Дериана пойманной в коридорах замка кошкой, чтобы потом успокаивать его, исцарапанного и заплаканного. Или довести его издевками и дразнилками до слез, а после протянуть оставшееся с обеда пирожное, словно ему нравилась эта власть над настроением брата. В играх с придворными детьми Дериан обычно исполнял роль дракона, которого побеждали, вооружившись палками, «благородные рыцари» – другие мальчишки во главе с Алистером. Но право нанести последний и, без сомнения, самый болезненный удар всегда оставалось за старшим братом. Порой он даже колотил тех, кто хоть пальцем посмел тронуть Дериана после него.

Со временем детские игры уступили место упражнениям в фехтовании и верховой езде, а также обучению истории, географии и прочим наукам, ради чего лорд Ривен приглашал магистров из Хельмгарда. И если Дериан схватывал знания на лету, то Алистеру все это было совсем не интересно. Он то и дело пропускал уроки, не получая другого наказания, кроме выговора от отца.

В военных упражнениях младший брат, несмотря на хромоту, демонстрировал успехи, впечатляя даже собственного дядю, Рейстена, прославленного воина, который учил его владению мечом. «Вот она, кровь Рейнаров! Настоящий лорд!» – приговаривал тот, трепля белокурые волосы мальчишки, влажные от пота после очередной тренировки. Алистер же не придавал этим словам значения, полагая, что ничего страшного не случится, если его брат хотя бы на время занятий почувствует себя «настоящим лордом». К тому же при всех своих способностях Дериан никак не мог одолеть в поединке брата. Его руки словно тяжелели, наливались свинцом, а движения становились неуклюжими.

В год смерти лорда Ривена Алистеру исполнилось двадцать четыре. Он вырос в красивого статного мужчину, со всей готовностью принявшего бразды правления. Леди Летисия, супруга лорда Ривена, не играла большой роли в воспитании сыновей, но вступление Алистера во власть восприняла с радостью. Рад был и гувернер юных Рейнаров, пожилой эльф Келериан из Халантира, чья дочь, Лиристель, служила фрейлиной леди Летисии.

Все последующие годы Дериан упражнял свое тело и ум, искусно овладев различными видами оружия и прочитав множество книг в замковой библиотеке. На званых обедах, случавшихся по праздникам, Алистер, чтобы потешить гостей, называл какое-нибудь историческое событие, после чего просил брата сказать, когда оно произошло. Дериан никогда не ошибался, в точности вспоминая дату, имена исторических личностей и массу прочих фактов. Гости шутили, что с таким братом у лорда Алистера, должно быть, нет нужды в книгах, раз тот сумел проглотить их все. Раздавался дружный смех, а лицо Дериана приобретало сконфуженное выражение. Однако его смущение было лишь маской, в душе он гордился своим умом, считая Алистера недалеким и изнеженным.

За долгие годы он сумел изгнать из разума страх и скованность, оставив их лишь в виде ширмы для отвода глаз. Те придворные, с кем он тесно общался, стали ему верными слугами, отмечая его ум и проницательность, что Дериану, безусловно, льстило. Со временем он даже приобрел некоторое влияние на лорда Алистера. К примеру, после смерти Келериана Дериан притворно сокрушался о потере старого гувернера. Вид других эльфов, говорил он, теперь будет лишь бередить душевную рану, нанесенную уходом столь близкого друга. Эта ложь удалась ему превосходно: с тех пор лорд Алистер не брал в придворные других эльфов.