Онлайн книга «Древо Миров братьев Камковых. Том 3. Великий Ритуал»
|
Помирившись и снова придя к взаимопониманию, я тщательно проверил упряжь и, подтянув немного постромки, легко вскочил в седло и вместе с Сэмом выехал на дорогу, ведущую на юг. Зима перевалила за свою середину, но здесь на юге снега не было, хотя холодные ветра с севера иногда и приносили с собой ледяную крупу, но она быстро таяла, не оставляя на земле следов. Дорожные плащи с накинутыми капюшонами, отороченные мехом вполне позволяли сидеть неподвижно в седле, не замерзая и не отмораживая себе ноги или руки. На кистях у меня были перчатки, а на ногах теплые сапоги, с шерстяными вставками, которыми я перед отъездом обернул свои ноги, прежде чем сунуть их в высокие кожаные сапоги. Лес встретил нас извечным тут полумраком и шелестом далеких листьев, которые желтели и зеленели наверху, в кронах исполинских деревьев. Здесь было теплее, будто громада леса, являлась живым организмом, давая растениям и путникам тепло от своего огромного, раскинувшегося на сотни лиг тела, расположенного на всем южном окончании нашего континента. Хотя, судя по астралу, так оно и было. Лес был отдаленно похож на разум типа рой, где каждое дерево обладало крохотной частичкой сознания, а все вместе они уже имели своеобразное осознание себя, как единого организма. Я сначала снял перчатки, а потом, немного подумав, на ходу стянул по очереди сапоги и размотал шерстяную ткань с ног. Еще через десяток минут я откинул капюшон и расстегнул мантию, оставив ее развиваться позади, наподобие плаща. Сэм как я видел, тоже постепенно разоблачал себя от зимней одежды, пряча ее в седельные сумки. Он был все так же хмур и даже угрюм, не перебросившись со мной и парой фраз, с момента своего возвращения от Коры. Его обычно жизнерадостное настроение, сейчас сменилось озабоченностью и погружением в какие-то думы, которые облачками набегали на его чело и заставляли хмуриться и крепко стискивать губы в тонкую линию. На мои попытки начать разговор, он отвечал односложными да или нет и вновь погружался в себя. Даже сейчас, он не озирался и не рассматривал, как обычно, с живым интересом мелькавшие мимо нас кусты, травы и цветы, как делал это всегда, утоляя свою ненасытную, и охочую до новых знаний, натуру травника, лекаря и алхимика. Молчание мне никогда не мешало, для меня оно не было ни тягостью, ни тем более дискомфортом. Я сам, во времена наших с ним постоянных путешествий, бывало, что подолгу погружался в свои мысли и мог часами ехать рядом, не проронив ни слова. Так же я уважал и чужое молчание, зная, что в нужную минуту, всегда могу положиться на своего друга, и он без раздумий поможет мне в чем угодно, не спрашивая: зачем и почему. Чаще всего, я раскрывал позднее другу причину своих тех или иных поступков. Но иногда, когда дело касалось лично меня или было мне самому до конца непонятным, я не вдавался в объяснения, а Сэм тактично не спрашивал, отдавая всегда именно мне пальму первенства в решениях и путях достижения поставленных перед нами целей и задач. Мне всегда было о чем подумать, но не каждый раз хотелось делиться своими мыслями, даже со своим верным своим другом, поэтому я допускал и принимал такое же положение вещей и с его стороны. Когда мы проехали достаточно далеко от кромки леса, нам встретился патруль, состоящий из трех верховых эльфов. Они поравнялись с нами, вынырнув из боковой тропы, но увидав протянутый мной в их сторону перстень короля, тут же развернули коней и продолжили свой путь без слов и вопросов. Остаток дня прошел более без происшествий, хотя несколько раз я видел в глубине леса чью-то смутно скользившую среди стволов тень, которая, судя по бесшумности и легкости движений, могла или могли принадлежать только законным обитателям этих земель. Наше появление и продвижение контролировалось, но не пресекалось. Дозоров стало больше, со времени нашего последнего здесь появления, они встретились нам еще пару раз, и это одновременно радовало меня тем, что контроль и порядок поддерживается, и говорило о том, что в этом королевстве до сих пор не до конца все тихо и спокойно. |