Книга Телохранитель для мажорки, страница 64 – Татьяна Катаева, Татьяна Огнева

— Кажется, я в тебя влюбилась, — вот так вот просто. Без какой-либо подготовки и подбора слов. Сразу в лоб.

Он не сразу понял, кажется. Просто моргнул. Потом его лицо напряглось — будто кто-то резко выключил всё тепло изнутри. Скулы зажались, взгляд стал холоднее. Он откинулся на спинку стула, отвернулся.

— Ты… — начала я, но он уже встал.

— Не начинай, Марьяна, — глухо произнёс он и пошёл в дом.

Я осталась сидеть, чувствуя, как в груди растёт тяжесть. Вот так, просто. Словно я сказала что-то страшное, непозволительное.

Через пару минут я уже стояла в дверях кухни. Он наливал себе воду, будто ничего не произошло. Сказать, что мне было обидно — это ничего не сказать. Я, конечно, понимала, что он не накинется на меня в ответ. Не начнёт петь дифирамбы и говорить льстивые слова, чтобы замылить мне глаза. Я знала, что Волков не того рода мужчина. Он не гонится за статусом и деньгами моего отца. Он не попросит помощи, когда она ему понадобится. Но всё же... встать и уйти после признания девушки в чувствах — это уже перебор.

— Артём, стой, — я подошла ближе и схватила его за руку. — Ты серьёзно сейчас? Просто уйти после такого? — крикнула я нервно. Я не собиралась сидеть и ждать, пока он что-то там придумает для отмазки.

Он напрягся, но руку не выдернул. Только молчал.

— Я не прошу от тебя обещаний. Не жду, что ты скажешь в ответ то же самое. Но, чёрт возьми, я впервые в жизни кому-то призналась в чувствах! — голос дрожал, и я ненавидела это. Сейчас, в эту секунду, мне хотелось плакать. Не от боли, а от явной обиды, которая задевала моё эго. Хотя вру. Сердцу было ещё больнее. — И ты даже не можешь просто посмотреть на меня?

Он опустил взгляд, а потом всё же посмотрел. Холодно. Слишком спокойно.

— Марьяна… не надо было этого говорить.

— Почему? — я с трудом сглотнула. — Потому что тебе плевать? Или потому что тебе страшно? Или я просто твоё развлечение на каникулах? Ты говори, не бойся. Потому что я не хочу жить в иллюзиях. Полжизни в них прожила.

Он выдохнул, провёл ладонью по лицу. Задумался. Что ж, он всё-таки пытался подобрать правильные слова. И это было неправильно. Мне не нужны были правильные слова. Мне нужна была правда, какая бы она ни была.

— Потому что я не тот, кого стоит любить. Ты слишком наивная, многого ещё не понимаешь. Я не тот, кто тебе подходит, — говорит спокойно и уходит в сторону двери. Я прикрываю на секунду глаза и делаю глубокий вдох. Надо соображать быстро, но я отчего-то не могу понять, что надо сделать. Что он имеет в виду. И как не испортить всё то, что ещё десять минут назад казалось самым ценным в моей жизни.

Я стояла, глядя ему вслед, чувствуя, как всё, что только что казалось таким живым, вдруг стало пустым и колючим. Но если он думает, что я просто отступлю — он плохо меня знает.

Я вышла на улицу, когда он уже скурил половину сигареты. Он буднично затягивался и выпускал клубок дыма в воздух. И всё казалось бы обыденным и простым, если бы не его тяжёлое дыхание и напряжённые мышцы лица.

— Артём, — снова пытаюсь я, но он перебивает.

— Ну пойми ты, я не хочу тебя обидеть или ранить. Я просто не тот, кто тебе подходит.

— А кто мне подходит? Откуда ты знаешь, кто мне подходит?

— Я обычный. Понимаешь? У меня, кроме этой развалюхи, ничего нет. Ты хочешь всю жизнь по съёмным квартирам и жить на зарплату военного? Принцесса, — бросает он окурок где-то в сторону и поворачивается ко мне. Его тёплые ладони хватают мои щёки, взгляд скрещивается с моим. — Такая жизнь не для тебя. Ты девятнадцать лет прожила в замке, чтобы сейчас съехать в трущобы?