Книга Телохранитель для мажорки, страница 6 – Татьяна Катаева, Татьяна Огнева

— В это? — голос взвился на октаву выше. — Да меня заклеймят, если кто-то увидит! Вы понимаете, что скажут мои знакомые, мои подписчики, если узнают, что я еду… в такой… развалюхе?

Голос её дрожал, а на глазах снова начали разворачиваться слёзы. Думаю, они даже искренние. Потому что в её мозгу это реально кажется катастрофой и полной капитуляцией.

Я вдохнул глубже. Развалюха, ну и отлично. Главное, что есть четыре колеса, полный бак и тормоза. Как по мне, это уже идеально.

— Это не выставка машин, а эвакуация. Ваша задача — сесть внутрь и не отсвечивать, — сказал я как можно спокойнее, в надежде, что-то сработает. Я правда хранил надежду, что обойдётся без истерик. Зря надеялся.

— Я никуда в этом не поеду! — она сложила руки на груди, словно собиралась встать на месте и пустить корни. — Найдите нормальную машину.

Я прикусил язык. Очень хотелось сказать всё, что думаю, но я помнил, чья она дочь. Да и это не просто задание, от которого я могу отказаться. На кону моя карьера.

— Так, слушайте сюда, — я сделал шаг ближе, глядя прямо в глаза. — Или вы садитесь сами, или я вас запихну туда лично. И поверьте, я умею это делать быстро и без лишних слов.

— Вы угрожаете? — она распахнула глаза, как будто перед ней маньяк.

— Нет, предупреждаю. Если придётся — свяжу и заткну рот кляпом. Для вашей же безопасности. И, — я кивнул на багажник, — могу покатать там. В этой самой развалюхе. Если хотите, могу снять это на видео, потом выложите у себя на страничке — подписчики будут в восторге. Настоящее похищение, это же великолепно.

Она закатила глаза так, что, казалось, увидела собственный мозг. Постояла пару секунд, упёршись в землю каблуком, потом вздохнула демонстративно, будто я только что сломал ей жизнь.

— Идеи у вас так себе, — фыркает. — Ладно. Но это унизительно — ехать на этой развалюхе.

— Отлично, — сказал я, помогая ей сесть. — Унизительно — значит, запомните этот день и больше не будете спорить, когда я говорю «поехали» или ещё что-то, что надо сделать.

Закрыл дверь, сел за руль. И только когда завёл двигатель, понял, что держал руль так, словно он мой спасательный круг. Ещё немного — и выдам всё, что думаю. Но нет. Месяц. Всего месяц.

Дорога тянулась как вязкий бетон. Фары разрезали темноту подземного паркинга и скользили по мокрому асфальту двора. Я держал руль крепко, почти белыми костяшками, хотя внутри кипело куда больше, чем снаружи.

Марьяна молчала, но это не облегчало. Её молчание — как шумная музыка в голове. Я её толком не знал, но она уже жутко раздражала своим поведением. Почему всё даётся ей с такой лёгкостью? С улыбкой, которая открывает двери, и деньгами, которые падают на голову сами собой.

Я вспомнил своё детство. Мы с сестрой жили бедно. С родителями произошла трагедия, которая и перевернула нашу обычную жизнь — в кошмар. В доме замкнула проводка. Я проснулся от запаха дыма. Сестра чудом выжила, я тащил её через пламя. А родители... Я не успел. Десятилетний парень не смог вытащить их. Потолок рухнул, как только я попытался снова ворваться в дом. С тех пор Марина — моя единственная семья. Она долго приходила в себя, потому что страдала от ожогов и шрамов.

После того случая я решил стать пожарным. Я хотел спасать людей. Но когда я пошёл в армию, страх, злость, дисциплина сделали своё дело. Жизнь по контракту устроила меня: зарплата, стабильность, возможность помогать сестре. Она учится на бюджете и подрабатывает официанткой после учёбы. И хоть я половину зарплаты отправляю ей, она всё равно пашет. Потому что знает: в этом мире либо впахиваешь, либо тонешь.