Книга Телохранитель для мажорки, страница 44 – Татьяна Катаева, Татьяна Огнева

Мать твою!

Я подрываюсь быстро. Ставлю Машу на ноги и отодвигаю от себя. Она дезориентирована и явно не понимает, что происходит. Почему всё закончилось.

— Извини, Маш, я вообще только за сигаретой приходил.

— Но Артём, ты же хочешь этого…

— Хочу. Ты права. Но как оказалось, хочу не с тобой.

— А с кем? С той перепуганной белоручкой? Она же ни черта не умеет.

— Всему можно научиться, Маша, если на это есть желание.

«Во́лков. Я ничего не умею, ты же научишь меня? Всему»

Может, она это не об уборке говорила? Ох, бурная моя фантазия, остановись.

Оставив недовольную и возбуждённую соседку у себя за спиной, я возвращаюсь в дом. Свет уже не горит. Потому я тихонько снимаю с себя остаток вещей и ложусь на кровать возле Марьяны. Тут нет никакого подвоха на самом деле. Спальное место одно на весь дом.

Нагло заползаю под простыню к Марьяне, кладу руку на её живот и подтягиваю к себе ближе.

— Эй, — пытается она возмутиться.

— Тс, спи. Это для твоей безопасности. Так я точно буду знать, что ты рядом, — вру я. На самом деле мне просто хочется вдыхать её запах, пока засыпаю. И по хрен, что член вжимается в её попу, а мозг подкидывает пошлые картинки, где я учу мажорку всему, что знаю сам.

Эх, этот месяц будет реально самым долгим в моей жизни.

Проснулась я от странного чувства — в постели было пусто и холодно. Рука привычно скользнула в сторону, где ночью лежал Артём, но там — только смятая простыня и лёгкий запах его тела.

Вот зараза. Снова сбежал.

С минуту я просто лежала, уставившись в потолок, пытаясь понять — сон это был или всё-таки реальность. Вчерашний вечер мелькал в голове урывками, будто фильм, перемотанный на бешеной скорости. Душ. Поцелуи. Его руки. Его дыхание. Моё имя, выдохнутое хрипло и низко.

А потом — холод. И тишина.

Он ушёл. Оставил, как ни в чём не бывало, будто ничего и не было. Ну как так можно? Сначала довести меня, разжечь, разорвать на части… а потом просто сказать: «Извини, ложись спать».

У меня внутри всё кипело. Злость, обида, разочарование — всё вперемешку. Хотелось одновременно рыдать и швырнуть в него чем-то тяжёлым.

А ещё хотелось понять — куда он, чёрт возьми, пошёл.

И я ведь знала ответ. Конечно, к Маше. К этой вечно подкрашенной соседке, которая ходит по двору так, будто весь мужской пол — её личная собственность.

И мысль о том, что Артём мог быть у неё, причиняла такую острую боль, что я аж зубы сжала.

Я тогда долго ворочалась, свернувшись калачиком под одеялом. Хотела ненавидеть его, правда. Повторяла про себя, что он грубый, самодовольный, что я ему не нужна, что он просто играет со мной. Но стоило закрыть глаза — и всплывали его губы, его пальцы, его голос.

Ну и как тут, скажите, ненавидеть?

Не знаю, сколько времени прошло. Я уже почти задремала, когда услышала тихие шаги. Дверь скрипнула, потом кровать слегка прогнулась.

Он вернулся ко мне.

Запах сигарет и свежего воздуха — тот самый, его. Который будоражит мою кровь несмотря даже на злость. Я не шелохнулась, только дышать перестала.

Он лег рядом, будто так и должно быть. И когда его рука легла мне на живот, сердце у меня подпрыгнуло, как будто я снова в том самом душе.

— Эй, — попадалась я возмутиться. Прогнал меня и свалил, а теперь как ни в чём не бывало, моститься рядом.