Книга Телохранитель для мажорки, страница 14 – Татьяна Катаева, Татьяна Огнева

Где-то под утро меня всё-таки сморило. Мне снилась девушка. Блондинистые волосы, длинные ноги. Я не понимал — Марьяна это или другая девушка... Да это и не имело особого значения. Главное — разрядка, которая вышла на первый план. Сон был настолько ярким, что реальность побледнела на его фоне.

Я даже не понял, когда успел расстегнуть молнию на джинсах. Моя рука скользнула к твёрдой плоти. Я был возбуждён. Мои руки сжимали ствол и медленно водили по нему. Это было приятно. Но куда приятней стало, когда её тёплые ладони скользнули по моей коже, тонкие пальцы — там, где я давно мечтал их ощутить. Девушка переняла инициативу и взяла член в руки. Ах, как же мне хотелось, чтобы она взяла его в рот. Но вместо этого девушка села сверху на меня. Я сразу же пустил руки в ход. Юбку забрал повыше и сразу же отодвинул трусики. Она встречала меня влагой. Диким возбуждением, от которого сносило крышу. Всё, чего я хотел — это оказаться в ней. В этой тугой, но такой мокрой дырочке.

— Боже-е, Артём... Сделай это. Да-а...

Её дыхание обжигало, её губы казались такими настоящими, будто я и вправду чувствовал вкус. Мы целовались. Так сладко и вкусно мне никогда не было. Причина была во сне. В фантазиях всё всегда было по-другому. Мой язык был в её рту, я трахал её сверху, мечтая наконец-то сделать это внизу.

Каждый поцелуй, каждая её тихая нота заставляла меня терять контроль. Я ловил её руки, притягивал ближе, сильнее, хотел забрать всю целиком.

Ткань бюстгальтера была легко мною отодвинута. В рот скользнул её сосок. Ночь на дворе, я ничего не вижу, но чувствую, как он всё сильнее твердеет под моими плавными движениями языка. И её едва слышный смех вместе со стоном. Всё настолько казалось реальным.

Она стонала, и это сводило с ума. Я был на грани — ещё секунда, и я потеряю себя окончательно и бесповоротно.

— Артём... Давай, продолжай, — молила она, выдыхая моё имя мне в губы.

И вдруг сон стал пугающе осязаемым. Слишком осязаемым. Потому что в какой-то момент я понял: это не только моя фантазия. Это — она. Живая. Настоящая.

Блядь. Марьяна.

Я проснулась от звука, будто кто-то ворочался рядом. Сначала сердце подпрыгнуло к горлу — в голове сразу всплыло всё самое страшное: звери, маньяки, киллеры, которых отец так боялся… Я замерла, слушая.

Я никогда не относила себя к категории пугливых или трусих, но... Но я всегда была в зоне комфорта. Выходить из неё мне не давали. Да и не хотела я этого. Мне и в своём мире хорошо.

В машине было темно, только редкие проблески рассвета пробивались сквозь деревья. Света от них почти никакого, только серые полосы по стеклу. Я вслушивалась, и чем больше слушала, тем сильнее понимала: звук идёт из салона. И это пугало ещё сильнее.

А вдруг он подождал, пока я усну, и ушёл? Оставил одну в этом ужасном месте. Он мог. Разве его заботят и беспокоят мои страхи?

Звук становился всё отчётливее и страшнее, мне пришлось пересилить себя и открыть глаза.

Оказалось, это был Артём.

Он сидел на переднем сиденье, голова чуть откинута, дыхание тяжёлое. И… он ворчал. Необычно, не так, как во сне человек что-то бормочет. Нет. У него в голосе была злость, тяжёлый хрип, даже мат проскакивал.

Я вся сжалась. Первое, что пришло в голову — ему снится война. Я слышала, у военных бывают такие сны: всё перепутано, стрельба, кровь, товарищи, крики. И они застревают там, будто снова в бою.