Книга Секретарша для миллиардеров, страница 34 – Адалин Черно, Tommy Glub

— Почти восемь, — негромко произношу я.

Дима не оборачивается. Молчит секунду, две. Потом кивает:

— Слышал.

Еще одна пауза. Город за окнами кажется каким-то нереальным, будто декорации к чужой жизни.

— Совпадение? — спрашиваю я, хотя уже знаю ответ.

— Не верю в совпадения, — отвечает Дима. Его голос звучит глухо. — Ты?

— Тоже нет.

Я притормаживаю на светофоре. Красный свет заливает салон. В зеркале заднего вида вижу свое отражение — напряженное лицо, сжатые губы. Похоже, я выгляжу так же, как чувствую себя.

— Девочка, — произносит Дима. — У нее... у нее глаза.

Он не договаривает, но я понимаю. Те самые глаза. Форма, разрез, цвет. Я успел заметить в тусклом свете фонарей — серо-голубые, с легкой поволокой. Как у меня.

— Волосы, — добавляю я. — Светлые, с рыжинкой. Как у Лизы, но оттенок...

— Мой, — заканчивает Дима. — У меня в детстве был точно такой.

Светофор переключается на зеленый. Я трогаюсь, но еду медленнее обычного. Не хочется возвращаться домой, в пустую квартиру, где придется остаться наедине с мыслями.

— Она могла быть с кем-то еще, — говорю я, но слова звучат неубедительно даже для меня самого.

— Могла, — соглашается Дима. — Но ты веришь в это?

Я молчу. Нет, не верю. Лиза... она была особенной. Даже тогда, когда мы... когда все началось при таких странных обстоятельствах. Звучит отвратительно, если называть вещи своими именами.

Но это не было просто сделкой. Не для нас. Не для нее, судя по всему. Иначе почему она так нервничала сегодня? Почему скрывала дочь?

— Помнишь, как мы ушли? — вдруг спрашивает Дима.

Еще бы не помнить. Конверт с деньгами, оставленный на столе. Ни слова, ни записки. Просто исчезли, как трусы, потому что испугались. Испугались того, что чувствовали. Того, что она стала значить слишком много. Ну и проблем, конечно, тоже испугались. Нам не нужна была огласка, а Лизу хотелось показать миру. Всем.

— Мы были идиотами, — выдыхаю я.

— Были, — соглашается Дима. Он наконец поворачивается ко мне. В тусклом свете приборной панели вижу его усталое лицо. — А если девочка... если она наша? Ну… кого-то из нас?

Этот вопрос висит в воздухе. Тяжелый, страшный. Но и манящий одновременно.

Наша дочь.

Я пытаюсь представить. Маленькая девочка в розовой курточке, с хвостиком и светящимися кроссовками. Наша кровь, наши гены. Росла без нас. Не знает нас. Думает, что отец... умер? Бросил? Что там ей сказала Лиза?

Боль пронзает грудь. Острая, неожиданная.

— Восемь лет, — шепчу я. — Восемь лет мы не знали.

— Потому что сбежали, — жестко добавляет Дима. — Испугались и сбежали, как последние трусы.

Я останавливаюсь у обочины. Просто так, посреди дороги. Включаю аварийку. Не могу больше вести — руки дрожат.

— Что нам делать? — спрашиваю я, и голос срывается.

Дима молчит. Смотрит прямо перед собой, на темную улицу.

— Не знаю, — наконец признается он. — С одной стороны, надо выяснить наверняка. Тест. ДНК. Все официально.

— А с другой?

— С другой... — он запускает руку в волосы, — Лиза явно не хотела, чтобы мы знали. Иначе сказала бы. Всеми силами скрывала девочку. Значит, у нее были причины.

Я понимаю, к чему он клонит. Мы можем разрушить ее жизнь. Ворваться, потребовать прав. Устроить скандал. Судебные разбирательства. А девочка... она окажется в центре всего этого.