Книга Серая шейка. Непридуманная жизнь, страница 78 – Груша Ерофеева

Отбор нового коллектива ведёт новый главный в кабинете, один на один. Коллеги бегают к нему. Я не хочу. Не дождавшись моего визита, главный заявляет мне прилюдно:

— Условие твоей работы — хорошее поведение.

— Это вы о чем? — уточняю. — У меня образцовая трудовая дисциплина. Я не пропустила ни дня работы и даже не опоздала ни разу. — Хочется добавить, в отличие от вас, с вашими регулярными запоями и срывом плана. Но молчу. Не нарываюсь.

— Ну ты же взрослая девочка. Должна понимать чего мужчине хочется?

Мужчине? Млять! Мужчине?!

— То есть когда вы на корпоративе пытаетесь меня потискать, а я не позволяю — это плохое поведение?

Ну всё понятненько. У мужика крыша поехала от неожиданной власти. Дорвался. И берега окончательно попутал. Новый главный — известный на весь город блядун. И мало кто отказывает. А я отказала. Давно. Еще в первый год своей работы в городе. И он запомнил, сука? И сейчас желает закрыть гештальт.

— Радовалась бы... Тебе в сороковник делают такие предложения, — это наш фотокор, я с ним работаю вместе еще со времен городской газеты, "успокоил меня".

— Радоваться мне? Он ведь второй раз женат. На молодой. Пусть радует жену. Ну или свою очередную...Кто у него сейчас?

Его подружек считать — не пересчитать. Козёл! Алкаш! Кобель помойный!

Что вообще с этими мужчинами не так? Странная тяга ебстись со всеми подряд. Совать свою ложноножку во все доступные щели. А в недоступные — еще упорнее совать. Не будем про любовь и про верность. Для них это пустой звук. Но им ведь даже не брезгливо? Какое счастье, что мой муж совсем другой. Пусть временами сложный. Эгоистичный, нудный, жадный. И мне периодически хочется развестись. Это есть. Но хотя бы не врёт и не изменяет. И за это ему можно многое простить.

Уволиться мне сейчас — это значит уйти из профессии. Газет в городе мало. И будь я молоденькой и начинающей, то работу было бы найти проще. Но вот сейчас, со стажем и кучей дипломов я, как ни парадоксально, не нужна. Работает правило дурака в коллективе. Дурак третьего уровня никогда не возьмет на работу дурака второго уровня. Руководителю нужно оставаться самым умным.

Да иди оно всё лесом!

И, посоветовавшись с мужем, я принимаю решение. Подписываю документы на увольнение в связи с ликвидацией.

Я в полном ахуе от самой себя. С детства мечтала о журналистике. Столько трудилась над собой. Добилась признания. И вот сейчас, на пике своих профессиональных возможностей, всё бросить? И уйти в неизвестность?

Но я люблю другую журналистику. Эпохи разгула демократии. Сейчас профессия изменилась. Раньше каждый журналист решал сам за себя станет он проституткой или будет работать честно.

Проститутки в нашей среде были всегда. Но это был их личный выбор. Сейчас выбора нам не оставляют. Всё больше бегаю по указке редактора: этих его друзей похвалить, этих врагов его друзей поругать, там срубить бабло на рекламе, явной или завуалированной. И, похоже, редактор тоже не всегда может решать самостоятельно кто враг, а кто друг. Рычаги давления над ним еще более жестокие. Это уже не редакция средства массовой информации, а какая-то "Яма" с блядями.

Как там говорит Жванецкий? Жизнь коротка и надо уметь уходить?

Ухожу!

Неожиданно вместе со мной решают уволится еще несколько сильных журналисток. Они тоже не бегают на поклон к новому главреду, чтобы продемонстрировать "хорошее поведение". А в местном чате мне моют косточки: