Онлайн книга «Серая шейка. Непридуманная жизнь»
|
В новом общежитии меня частенько навещает Сергей. Ужинает. Иногда остается ночевать. Гнать его неудобно. Все же он хорошо помог мне с переездом. Собрал своих казаков, организовал машину. Мне оставалось лишь скромно постоять в сторонке. Сергей проявил заботу ко мне, слаще морковки и не видавшей ничего. Он приходит уже с позиции человека, имеющего право у меня находиться. Помните, как в той рекламе: «Я не халявщик, я партнер»? — Слушай, а почему ты ни к чему не стремишься? — Огорошивает меня однажды Сергей, получив за вечер все свои удовольствия. — Ты о чем? — Нууу... — тянет гость, — все ставят перед собой какие-то большие цели. Вот Андрей пишет стихи, его жена пишет сказки. А у тебя только работа и никаких целей. Захотелось спросить про его цели. Взрослый мужик болтается, как нечто в проруби. Ни работы путней, ни жилья. Бегает с местными казаками ряжеными. Чем они там занимаются? Горланят на сходах. Похоже, даже одежды нет, кроме выданной казачьей формы. И он будет мне указывать? Никогда не умела ответить на хамство. Привычка из детства? Проглотить. Поэтому традиционно делаю вид, что его наезд был не наезд, а забота. Но где-то глубоко во мне в чашу терпения под названием «Сергей» капает еще одна чёрная капля обиды. Там копится. Начало 90-х было временем нищих офицеров и богатых прапорщиков. Офицеров я не любила. Любых. Но особенно — женатых. Это тётя, которая прожила жизнь в городке с военным гарнизоном, её влияние. Она мало рассказывала, да и не принято было у нас обсуждать чужую интимную жизнь (как, впрочем, и свою). Но офицеров тётя именовала «кобели», а их жён — «овчарки». Еще звучало «чушки» — это про чистоту и отношение к быту. И «содом и гоморра» — сами понимаете про что. Картинка выходила не маслом писаная. Неоднократно я гордо и прилюдно заявляла: — Для меня не существует мужчины, если он женат и если он офицер. Три раза ХА. На новой работе я познакомилась с машинисткой Ирочкой и её мужем Александром, бывшим офицером. Сейчас он непонятно чем зарабатывает, но очень активен в политическом смысле. Несёт пургу о еврейском заговоре против России, о возвращении монархии. Откровенно представляет себя как антисемита. Забавно, конечно. Особенно если учесть, что его жена еврейка. Отношения у них странные. Она в его политические закидоны не лезет. И, похоже, мало что требует от него. Он мало требует от нее. Дом и быт — Ира сама признается — не сильная её сторона. Иногда Саша прилюдно делает жене довольно едкие и обидные замечания. Она вроде бы не обижается. Не понимает? Вряд ли. Но они вместе. И уже не первый год пытаются забеременеть. Пока без результата. Ирочка и её антисемит решают познакомить меня с лейтенантами-двойняшками. Ребята после столичного вуза, только приехали к месту прохождения службы и, как и я, пока не обзавелись знакомствами. Лейтенанты ждут общагу, а пока их приютил сослуживец, старший лейтенант. Его жена уехала к родителям рожать — обычная практика. Многие западные жены офицеров уезжают рожать домой, к родителям. Почему бы не познакомиться? В морозный вечер конца октября идем в гости. Ветер сдувает с ног. Я в теплой монгольской дубленке, но холодно. В арку между домов едва удается свернуть — ветер мои 50 килограммов выбрасывает обратно. Природа не пускает меня. Словно о чем-то догадывается? |