Книга Не буди Лихо, страница 20 – Александра Стрельникова, Этта Гут

Единственная надежда была на то, что тех двоих, избивших Михаила, удастся изловить и «расколоть» на допросе. Да… Рассчитывать приходилось только на это. Чемесов устало помассировал виски и раздраженно сбросил повязку, закрывавшую слепой глаз — дома было не от кого прятаться, — а после поднялся и пошел на кухню. На плите его ждала кастрюлька с борщом. Стараниями домового она была еще теплой. А вот за саму еду надо было благодарить соседку — вдову средних лет, ежедневно приходившую убираться. Иван платил ей за это. А вот подкармливала она его «за так». Чемесов подозревал, что Анна Борисовна имеет на холостого соседа вполне определенные виды, боялся этого, но отказаться от вкусных и весьма своевременных подношений эгоистично не находил мужества. Он пошел на компромисс и с некоторых пор стал отдариваться, покупая заботливой соседке что-нибудь к каждому празднику. И лишь значительно позже понял, что этим только усугубил ситуацию. Анна Борисовна совершенно справедливо воспринимала эти дары, как ответные знаки внимания, а не как плату, и теперь со дня на день ждала предложения руки и сердца…

Чемесов налил себе борща, аккуратными тонкими ломтиками нарезал черный хлеб и понес все это в библиотеку. В его небольшом жилище была комната, соединявшая в себе функции столовой и гостиной, но он практически не пользовался ею, проводя все то краткое время, что бывал дома и при этом не спал, именно в библиотеке.

Иван любил ее: темные стеллажи из мореного дуба, громоздкий, но добротный письменный стол, за которым работал еще его отец, Димитрий Иванович Чемесов. Он тоже был следователем, но, в отличие от сына, предпочитал беготне за бандитами кабинетную работу, искренне полагая, что самые сложные, а значит, самые интересные с точки зрения сыщика преступления раскрываются в первую очередь не на улице, не по уликам и следам, а внутри черепной коробки, за столом, в тиши кабинета, среди любимых книг по логике и психологии… И регулярно доказывал свою теорию, успешно раскрывая самые запутанные злодеяния.

Иван, тогда едва закончивший юридический факультет столичного Университета, вечно спорил с ним и именно поэтому пошел служить не в следственные органы, а в полицию. Но с годами он все чаще ловил себя на том, что во многом становится живым доказательством отцовских постулатов, хотя даже теперь, уже уйдя из полиции, сохранил привычку участвовать в расследовании с самого начала, с азов, предпочитая своими руками пощупать все, а уж потом сесть и свести воедино наблюдения, многочисленные доклады полицейских и отчеты экспертов. Особенно когда дела оказывались такими сложными, как сейчас… Убийство графа Орлова, в котором были заинтересованы многие, а совершить могли буквально все, и, казалось бы, немотивированное и ненужное никому избиение Миши Румянцева. Их с наскока было не разрешить…

Но вместо того, чтобы сопоставлять, пытаться понять логику преступника, искать скрытые интересы, Иван мог думать лишь об одном. О том, как высокородная графиня Орлова — весьма вероятная убийца собственного мужа — спала в пролетке… И что самое скверное, в этот момент Чемесову было абсолютно все равно, убивала она на самом деле или нет… Да и на то, что она — дворянка! — совершенно неожиданно оказалась полукровкой, наделенной магическими способностями. Как это стало возможным? Удастся ли узнать, с учетом того, что знатные семьи с центрального острова тайны такого рода, пятнавшие честь их высокого рода, хранили как зеницу ока?.. И может ли это все — и непонятно откуда взявшаяся наследственность, и магические способности прекрасной графини — быть как-то связано с тем фактом, что член секты Магоборцев Василий Станиславович Орлов получил пулю в седрце?.. Если истинные причины убийства крылись не в рядовой «бытовухе», а были замешаны на делах такого рода, расследование могло выйти на совершенно иной уровень...