Книга Утилитарная дипломатия, страница 56 – Дайре Грей

Как бы ей сейчас не хотелось возмутиться и возразить, единственное, чем она могла доказать свою полезность — поступки.

— Я умею обрабатывать царапины и синяки, могу отличить перелом от вывиха, наложить жесткую повязку.

— Уже хорошо. Сейчас я пойду в шатер с тяжелыми больными. Там работают хирурги. Им может понадобиться помощь. Вы должны посетить вон тот шатер, — он указал на соседний от того, откуда доносились крики. — Туда относят послеоперационных больных. У медсестер часто не хватает времени, чтобы принести им воды или наблюдать за их состоянием. Ваша задача — постараться быть полезной. Вам ясно?

Принцесса кивнула и спокойно перечислила:

— Помочь больным, не переутомляться, сесть в уголок, если не справлюсь.

Деловой настрой доктора и четкие указания предали ей уверенности и сил.

— Отлично. Я найду вас позже.

Вебер как и герцогиня быстро скрылся в сумерках, Валенсия сделала глубокий вдох, а на выдохе развернулась и решительно направилась к нужному шатру. Сопровождение держалось сзади, никак не мешая и не выдавая своего присутствия.

Внутри тоже горели лампы-артефакты, но уже не такие мощные. У входа стояли ведра с водой, от которой поднимался пар. Вдоль стен размещались раненые. Человек двадцать, не меньше. Между низких раскладушек метались три медсестры с ковшами для воды и полотенцами на плечах. Некоторые пострадавшие стонали, некоторые молчали, один кого-то звал:

— Милли! Милли!

Сестра? Жена? Невеста?

Валенсия на мгновение прикрыла глаза, а потом сбросила с себя плащ, подхватила еще один пустой ковш, наполнила водой и направилась к ближайшей медсестре, замершей в проходе.

— Здравствуйте. Что нужно делать?

— А? — медсестра оказалась совсем молоденькой, почти ровесницей Долорес. На щеке у нее протянулась полоска сажи, передник был в пятнах, а руки подрагивали от напряжения.

— Я из столицы к вам в помощь. Что делать?

— Я покажу… Сейчас…

Она действительно показала, где взять чистые полотенца, которых осталось немного, объяснила, что слева лежат тяжелые пациенты, а справа те, кому полегче. Ответила на вопросы.

— Много пострадавших?

Доктор говорил, что в телеграмме количество не указывалось. Ее отправили сразу после взрыва еще до оценки общего ущерба.

— Полсотни находились в шахте, когда грянуло. Почти десяток попал в карантин.

— Всех удалось достать?

После происшествия прошло всего часов десять, но уже успели организовать лагерь, прислать врачей и отделить зараженных.

— Да, сейчас шахту проверяют маги. Хотят выяснить, что произошло. Здесь тьмы раньше не было.

Потом девушку позвали в другой шатер ассистировать на операции, и Валенсия осталась одна. Две другие медсестры к ней не подходили. Все занимались делом.

Она переходила от одного пострадавшего мужчины к другому, замеряла сердечный ритм, протирала лица от копоти. Давала немного попить или промокала потрескавшиеся губы влажным полотенцем. На какое-то время мир за пределами шатра перестал существовать. Забылось платье, свадьба, жених. Все перестало быть важным, кроме этих мужчин, которым требовалась помощь.

Валенсия не замечала, сколько прошло времени. Просто повторяла одни и те же действия, несколько раз обожглась чересчур горячей водой. Ругалась под нос. Приняла кружку чая от охранника. Заметила, что они по очереди таскают ведра, принося свежую воду и забирая грязную. Но кто-то один всегда находится в шатре.