Онлайн книга «Утилитарная дипломатия»
|
Открываю дверь и вижу женщину в форменном платье и чепце с ребенком на руках. Она что-то говорит моей дочери. Что? Делаю шаг. Женщина стоит боком ко мне и полностью поглощена малышкой, она ничего не замечает и продолжает говорить: — Какая же бестолковая мамаша тебе досталась. Залетела от герцога и даже не додумалась замуж за него выскочить, чтобы срам прикрыть. Где это видано? Не захотела она! — Отдайте ребенка! — голос звенит и срывается на визг. Женщина даже не вздрагивает, только оборачивается и смотрит. Презрительно и высокомерно. Как на клопа, которого должна раздавить. — Зачем? Что ты будешь с ней делать? Ты же не справляешься. Кормить не смогла. Успокоить не можешь. И что ты за мать такая? Ничегошеньки не можешь! — Замолчи! Кулак летит вперед и ударяется о чужое лицо. Хруст. Брызгает кровь. Женщина кричит. Малышка вторит ей громким воплем. — Сабина! В комнате появляется Герхард, перехватывает меня за талию и оттаскивает в сторону. — Пусти! Она забрала мою дочь! Пусти! Она… Она! — воздуха снова не хватает. Горло сдавливают рыдания. Ноги подгибаются. Я повисаю в его руках безвольным мешком. Беспомощно хватаю губами воздух и ничего не могу сказать. Объяснить. — Все хорошо. Доктор тебе поможет. — Нет! Теперь лицо у доктора Вебера обеспокоенное. Он долго проводит осмотр, потом задает вопросы. Одни и те же по несколько раз. Потом они говорят с Герхардом. И все это время малышка в детской под присмотром медсестры. Потому что я для нее опасна. Я опасна для всех. Но это не я! Шелест. Снова. Он раздается за изголовьем кровати. И сердце заходится в галопе. Стучит так, что в глазах темнеет. И все, что я слышу — это нарастающий шелест и грохот собственного сердца. Все исчезает. Нет больше спальни и врача. Нет детской, няни и малышки. Нет Герхарда, который обещал не отдавать меня в больницу. Он обещал. Обещал! Я зажмуриваюсь и падаю. Лечу куда-то вниз, от чего становится холодно, а сердце все продолжает надрываться. — Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста! Уйди! Не трогай меня! Я сворачиваюсь комочком и обнимаю колени. Сжимаюсь, ощущая дрожь, бьющую тело. Не сразу понимаю, что шелест исчез. Сердце успокаивается. Я могу дышать. Снова дышать. Пусть в горле и стоит комок, от которого невозможно избавиться. Открываю глаза и понимаю, что лежу на земле. Вокруг ночь и лес. На небе будто приколочена луна. Она прямо надо мной. Большая. Круглая. Желтая. Словно чей-то глаз, наблюдающий за мной. — Бедная-бедная девочка. Как же ты запуталась… Голос раздается со стороны, и я с трудом поворачиваю голову, чтобы увидеть говорящего. Она сидит на камне, свесив ноги и пристроив рядом посох. Ведьма. Та самая. Из сна про Арминия и его семью. Она смотрит на меня и улыбается рассеянной, немного безумной улыбкой. — Бедная-бедная девочка… Кровь от крови его… И страх… Так много страха… Что случилось, дитя? — Где я? — у меня нет сил, чтобы встать. Даже на то, чтобы пошевелиться. Я так устала. Так ужасно устала за этот бесконечно длинный месяц. — Там, где время не существует. Это место особое, — ведьма гладит камень, и улыбка ее становится мечтательной. — Его нет, но оно есть. Осталось, зацепившись за якорь в реальном мире. И я вместе с ним. Лес сожгли. Меня давно убили. Моих сестер. Дочерей. Внучек… Никого не осталось. А кровь от крови Арминия все еще живет. |