Книга Утилитарная дипломатия, страница 130 – Дайре Грей

В оранжерее было тихо. Казалось, она пуста, и ничего кроме роз здесь нет. Но вот дорожка вильнула и вывела к круглой клумбе и окаймлявшей ее тропинке. В центре разросся пышный куст сирени, усыпанный цветами, лепестки которых усыпали траву. Вот какой аромат она ощутила. Здесь он стал сильнее и дурманил не хуже вина.

Валенсия вдохнула полной грудью и прикрыла глаза, растворяясь в ощущениях наступившей весны. Почему император не пригласил ее сюда раньше?

— Я предполагал, что вам понравится, — сдержанный голос жениха раздался со стороны и заставил отвлечься от ароматов.

Принцесса повернулась на голос и застала императора за странным занятием: облачившись в фартук и плотные перчатки он держал в одной руке садовые ножницы, а в другой — срезанные стебли цветов, которые бросил в стоящую рядом тачку. Уже почти полную.

— Ваше Величество, — апийка сделала положенный реверанс, сдерживая любопытство.

— Оранжерея является частью нашего наследия, — Император кивнул и вернулся к своему занятию, продолжив обрезать кусты роз. — Сантамэлям служат восемнадцать элементалей по три от каждой стихии. В каждом поколении рождается кто-то, обладающий элементалем земли, и ему приходится заботиться о цветах. Сейчас это я.

Информация вряд ли предназначалась для посторонних. Валенсия оценила и медленно пошла по тропинке, приглядываясь к цветам.

— А если элементаль земли не появится ни у кого?

— Тогда достается тем, кто обладает водным. Я владею обоими, поэтому отказаться не вышло.

— У всех в императорской семье по два элементаля?

Если уж откровенный разговор начался, стоит узнать как можно больше.

— У всех по-разному, от одного до трех. Конфликтующие стихии не могут встречаться у одного мага.

— Значит, у вас вода и земля. А третий есть?

— Свет.

Сеньора де Торрадо замерла и обернулась, недоверчиво взглянув на мужчину.

— Так вы, получается, идеальный садовник?

— Не самая лестная характеристика для императора, — серьезно произнес Георг, но что-то в интонации заставило ее прислушаться. Неужели, чопорный правитель может иронизировать над собой?

— За ними ухаживаете только вы?

— Нет, конечно. Во дворце есть садовники, но цветы очень капризны и за века привыкли к магии. Без подпитки они начинают болеть и перестают цвести.

Судя по состоянию роз, император уделял им достаточно внимания и магии.

— До меня ими должен был заниматься Кристиан, но дядя нечасто появлялся во дворце, поэтому отец быстро передал обязанность мне.

— Вы замечательно справляетесь, — нисколько не преувеличила апийка. — Почему сирень?

Среди алых оттенков роз куст выглядел чужеродно. Ему явно не сотни лет.

— Ее любила моя жена. А так как оранжереей занимался я…

Дальше можно было не объяснять. Император и не стал, позволив ей самой сделать вывод. Что ж… Откровенно.

— Соболезную вашей утрате.

Ревновать к мертвым — глупо. В памяти влюбленных они остаются недостижимыми идеалами, но у нее есть впереди вся жизнь, чтобы построить с императором собственные отношения. Может быть, не любовь. Но дружба и уважение — хорошая основа для брака.

— В прошлый раз вы были со мной весьма откровенны, — никак не отреагировал на ее сочувствие Георг. — И я хочу проявить ответную любезность. Свадьба приближается, и уже скоро мы станем мужем и женой. Мне не хотелось бы, чтобы между нами оставались недопонимания.