Книга Утилитарная дипломатия, страница 111 – Дайре Грей

Ивон тоже о чем-то размышляла или была подавлена. Так или иначе на обратном пути они больше молчали и попрощались весьма сухо, но сеньора де Торрадо не собиралась обижаться. За пару дней они узнали друг друга лучше, чем за предыдущие полгода, и она не сомневалась, что в лице герцогини обрела если не друга, то надежного союзника, а это порой куда лучше.

Валенсия подходила к комнатам, выделенным посольству, когда услышала то, чего не могло быть во дворце. Гитарные переборы, пока еще приглушенные стенами и явно сдерживаемые рукой того, кто решил сыграть, но легко узнаваемые и такие родные, что ноги сами понесли ее вперед, заставив забыть об усталости и ужасах последних дней.

Она без стука вошла в гостиную тетушки, чтобы застать обеих дам в обществе гитариста. Долорес хлопала в ладоши, попадая в такт раскрывающейся мелодии, сеньора Гуэро мечтательно улыбалась, держа в руках бокал с вином. А неожиданный гость играл…

Старая, известная мелодия о путешественнике, который едет через горы под звездами и луной, рассказывая им, как прекрасна его жизнь, и как он любит играть на гитаре. Задорная музыка наполняла холодные комнаты жизнью и тем дыханием жизни, которого здесь не хватало.

Гитарист, заметив ее появление, не прекратил играть, а только встал и пошел навстречу, продолжая петь.

Валенсия закрыла за собой дверь и встала, прислонившись к стене, всем существом впитывая родную атмосферу и ощущая, как тело избавляется от мучительного напряжения. Тревоги, страхи и сомнения исчезали, унесенные моментом. Что может быть лучше возвращения домой?

Мужчина пристроился рядом с ней и допел песню, стоя почти плечом к плечу и глядя ей в глаза, а потом прижал струны ладонью.

— Дорогая сестра, ты выглядишь ужасно. Тебе нужно немедленно выпить.

— Как ты здесь оказался?

Младший из сыновей короля Апии, сводный брат, ее ровесник, Фернандо. Неужели матушка позволила ему уехать? Нет, она ни за что не отпустила бы его одного. Сбежал? Или из Апии прибыл еще кто-то?

— На поезде, — невозмутимо ответил принц, направившись к столу, на котором стояли открытыми знакомые бутылки, кофе и тарелка с сырами. — Зря что ли отец так ратовал за проведение железной дороги в Мадеру?

Он прислонил гитару к креслу, которое занимал, и подхватил бутылку.

— Фернандо!

Валенсия добавила голосу нажима и оттолкнулась от стены, чтобы пересечь гостиную и присесть.

— Это я его пригласила! — воскликнула тетушка, поднимая ладонь. — Я! И прежде, чем ты начнешь возмущаться, сразу скажу, что я не могла позволить одной из вас выйти замуж в сопровождении какого-то посла. Дочь короля должен вести к алтарю мужчина из ее семьи. И никак иначе!

— Лучше выпей, — Фернандо протянул ей полный бокал. — И расскажи, что произошло.

Отказываться от вина Валенсия не стала, вдохнула знакомый букет двух сортов винограда с нотками гвоздики, сделала глоток, смакуя забытый уже пряный вкус, и опустилась в любезно предложенное кресло. Сил, чтобы ругаться и требовать объяснений не осталось. Хотелось просто сидеть, потягивая вино, и слушать гитару.

— Тьма вырвалась на поверхность в маленьком городке — Драмбурге. Пострадали шахтеры. Есть погибшие и раненные.

Она не смогла бы рассказать все, даже если бы захотела. Ни сестре, ни тем более, брату не стоит знать подробности о заражении или злобном монстре, засевшем под землей и разрушившем шахту. Или о Великой герцогине, которая может вытягивать тьму из человека и не боится болезней. Или о бастарде покойного императора, который не побоялся встретиться с чудовищем и едва не лишился магии. Нет, чужие секреты разглашать не стоит, а в сыром остатке история будет выглядеть так, как ее представят газеты. Конечно, с одобрения императора.