Книга Князь и хулиганка, или Нечестный отбор, страница 67 – Лия Кимова

позволит принять правильное решение.

— Так вы все-таки поговорили с Мелиссой? — обрадовалась я.

— Разумеется, поговорили, эта глупышка чуть не навела тут паники, требуя срочно организовать твои поиски. Хорошо еще, что Эрик ее и перехватил и все выяснил.

— Вот как? — я погрустнела, — а почему он тогда сам не пришел?

— Я запретила, — княгиня пожала плечами, словно сообщила нечто само собой разумеющееся, — видишь ли, я очень не люблю, когда нарушают мои планы. Конечно, формально виновата в твоем похищении Мелисса, но меня очень заинтересовало, почему ты оказалась на улице в одиночку, да еще в таком виде?

— На прогулку вышла, воздухом подышать, — я взглянула на свой уже довольно потрепанный костюм, — а что, мне взаперти нужно было сидеть?

— Мне в чем-то даже импонирует твой дерзкий нрав, — усмехнулась она, — но для того, чтобы из тебя получилась достойная, а, главное, полезная спутница князя, следует его немного укротит. Поверь, это для твоего же блага.

— А, так вы это имели в виду, когда говорили, что поможете принять правильное решение? — грустно усмехнулась я, — то есть у меня теперь нет возможности отказаться от почетного звания жены князя?

— Почему же нет? — княгиня посмотрела на меня холодным пронзительным взглядом, — можешь на финале во всеуслышание заявить, что отказываешься, насильно под венец тебя никто не потащит, придется выбрать Лионеллу.

— Но, видимо, какие-то санкции после этого последуют? — с пониманием посмотрела я на нее.

— Разумеется, каждый выбор несет свои последствия, пусть, ты и не являешься шпионкой, но тебе теперь известна государственная тайна, разве можем мы в таком случае тебя отпустить?

— Что? Все-таки убьете? — с вызовом посмотрела я на нее, — меня этим с самого начала отбора пугают, уже надоело.

— Ну зачем же идти на такие крайние меры? — взгляд княгини стал еще холоднее и безжалостнее, — вот эта уютная камера может стать твоим вечным жильем. Разве здесь не мило? Могу и досугом обеспечить, глядишь, ты даже вышивку полюбишь. А если тебе станет грустно и одиноко, то мой сын сможет составить тебе компанию, если, конечно, у него еще останется интерес. Думаю, тогда ты уже не будешь такой непокорной и разборчивой.

— Вы настоящее чудовище, — с содроганием произнесла я, представив такую перспективу.

— Я — драконица, к тому же правительница княжества, — от тона княгини меня бросило в озноб, — и я проявляю величайшую милость к человечке, которая даже не способна оценить выпавший ей счастливый шанс в жизни. Я готова была принять тебя в семью, поскольку мой сын впервые так сильно заинтересовался девушкой, но с чего ты взяла, что можешь вот так запросто его отвергнуть? Оставлю тебя до завтра, хорошенько подумай над моими словами. Надеюсь, что на финальном этапе отбора ты меня не разочаруешь, иначе, твоим уделом станут вечные сожаления.

С этими словами Розалинда Пурпурная встала, и, не удостаивая меня больше взглядом, покинула камеру, оставив меня в состоянии смятения и мрачной тоски. Не то, чтобы я питала иллюзии насчет истинного отношения ко мне княгини. С самого начала я знала, что я для нее лишь пешка, не имеющая права собственного хода, но сейчас мне стало особенно мерзко. Я не видела того интереса со стороны князя, о котором говорила его мать, но вряд ли она стала бы это придумывать. И это было как раз-таки отягчающим фактором. Становиться послушной игрушкой в лапах похотливого дракона мне совсем не хотелось.