Книга Папочка, спаси нашу маму, страница 11 – Кэти Свит

Я не планировал надираться, но гибель пациента, запрет присутствия на интереснейшей операции и встреча с Юлей доконали меня. Делаю заказ, выпиваю первую стопку и…

Утром с трудом разлепляю глаза в своей постели.

— Что это с Никитой? — спрашиваю у брата. Он единственный, кто может объяснить странное поведение Скворцова. Оно меня напугало.

— У него на столе сегодня ушел пациент, — говорит прямо.

Ахаю. Грудь стискивают раскаленные щипцы. Мне становится больно.

Поднимаю на Славу полный ужаса взгляд, брат стискивает челюсть с такой силой, что у него на скулах подрагивают желваки.

Мои глаза наполняются слезами.

— Юль, бывают моменты, когда врач не в силах что-либо изменить. Пациент уйдет, чего бы ты ни делал, и твоей вины в этом нет, — принимается философствовать. — Каждый из нас осознает этот риск, когда берет в руки скальпель.

Стою на месте. Смотрю на брата.

Дышу через раз.

— Ник не виноват в смерти своего пациента? — спрашиваю самое главное.

— Нет. Не виноват, — заверяет брат. — Это просто случилось в его смену.

Молчим. Продолжая прогулку, идем рядом, но каждый из нас витает в своих мыслях. Я едва справляюсь с желанием оставить Славе коляску и не ринуться к Никите. Как никогда сильно желаю его обнять.

Мне хочется донести до его души, что она не при чем и она не одна.

Даже на расстоянии и сквозь толщу обиды я продолжаю любить этого человека.

— Зайдем в магазин? — предлагает миролюбиво. Он старается говорить бодро, но я все равно слышу, как сильно Слава переживает.

Если бы не мой брат, Ник продолжал работать в клинике и никогда не переехал. Но после сумасшедшей выходки Ника, Славка его не простил. Устроил ему такой разгром, что едва не выдворил из медицины.

Скворцов, по все видимости, нашел того, кто не побоялся и взял его к себе.

А сегодня он подвел уже и этого человека.

— Люда просила купить домой сметану, а она продается только у вас, — продолжает Славка. Он, сам того не подозревая, выдергивает меня из тягостных мыслей.

Останавливаюсь, заворачиваю к супермаркету и, как ни в чем ни бывало, иду туда. Брат направляется следом.

Купив все необходимое, прогулочным шагом возвращаемся обратно домой. Девочки просыпаются уже у самого подъезда, и нам не остается ничего другого, кроме как поторопиться.

Весь оставшийся вечер мы проводим за веселыми разговорами. Кушаем приготовленную мною домашнюю пиццу, пьем чай и болтаем ни о чем. Вспоминаем детство, веселые истории и наши невероятные приключения.

Славка всегда меня защищал. Отстаивал перед друзьями и недругами, даже несколько раз дрался.

— Как бы я хотела, чтобы у моих девочек тоже был старший брат, — вздыхаю мечтательно.

Славка хмыкает и показывает на заставку своего телефона, где изображен его старший сын.

— Смотри, — тычет пальцем в экран, как только тот собирается гаснуть. — Ваня.

Смеюсь.

— Это не считается! — фыркаю, кидая в него скомканную салфетку. Брат уклоняется.

— Почему? — хватает со стола бумажный квадратик, комкает и пуляет в меня. Попадает прямо в лоб. — Бинго! — заключает победоносно.

Не сдерживая смеха, хватаюсь за живот и складываюсь пополам. Продолжаем дурачиться.

Мы потеряли счет времени, мы полностью растворились друг в друге и вспомнили какого это когда у тебя есть семья. Когда тебя любят и принимают таким, какой ты есть.