Книга Изнанка реальности, страница 65 – Павел Ковезин

Кощей в очередной раз провёл точильным камнем по мечу, издав противный звук.

— Не мы начали эту войну. Ты убил…

— …Девочку. Невиновную девочку – правда. Она была жертвой. Посланием, чтобы вы поняли, что дальше идти нельзя. Но вы, люди, слишком настырные, чтобы остановиться. Вы будете жертвовать всем, ради своих эгоистичных целей. Не вы первые, не вы последние, – он развёл руками, демонстрируя убитых зайцев. – Твой друг заплатил за это слишком высокую цену. Как и предыдущий отчаянный герой.

Кощей оглядел пляж, словно искал кого-то.

— Вон, – он показал длинным костлявым пальцем с большим перстнем на ветку. – Прошлый самозванец.

Ворон, на которого указывал Кощей, издал громкое «кар». Внутри птицы был заточен ещё один неудачник, не дошедший до конца. Кусочки картины в голове складывались в единое полотно.

Бессмертный вытащил ключи из сундука, встал со своего злата и медленно подошел ко мне. Кончиком меча поднял мне подбородок и посмотрел в упор.

— А ты? Какую цену ты готов заплатить? Готов погрузить мир в хаос?

Он потянул за цепь на шее, и из металлических доспехов показалась золотая игла. Настоящая. Не фальшивка, которую он положил в яйцо.

Я не ответил. Кощей убрал меч и повернулся спиной.

— Ты первый, кому я предлагаю выбор. Ты не идёшь напролом, а обдумываешь каждый свой поступок. Или почти каждый, – он повернул голову в сторону разбитой яхты. – Некоторые такого выбора лишены.

Он наклонился и погладил волка, бегающего у ног. Почесал за ушком, как человек, радующийся подаренной собаке, и повесил ключ Лескова ему на шею. Жаль, на его лице нельзя было прочитать ни одной эмоции.

— Выбор? – неуверенно спросил я.

— С каждым годом стало всё сложнее удерживать вселенское равновесие. Рано или поздно если не такие как вы разрушат мир, то он уничтожит сам себя. Человечество растрачивает энергию, природные ресурсы, люди убивают сами себя, они лишены эмпатии. У зверей, например, таких проблем нет. Как и у нас. Мы убиваем только ради пищи и не мним себя венцом эволюции. В отличие от вас.

Мне сложно было что-либо возразить божеству. Он прав. Человек так устроен.

— Человек так устроен, – вырвалось у меня из уст.

— В этом и заключается главная проблема, – Кощей закончил играться с волком и встал во весь рост. – И я предлагаю тебе всё это закончить. Или оставить этот мир медленно, но верно гнить дальше, помогая мне сделать так, чтобы ни один из вас больше даже не подумал искать иглу.

— И как я могу это сделать?

— Возвращайся домой, пиши дальше свои паршивые статьи про нечисть. Пиши так, чтобы тебя все считали психом, а не провидцем, как Лескова. Утрируй, преувеличивай, рисуй карикатуры на демонов и вампиров, чтобы никто не смог их сравнить с ними настоящими. Будь мнимым охотником за привидениями, обманывающим доверчивых людей. Твоя репутация будет как у городского сумасшедшего, но только ты будешь знать, что отвечаешь за вселенскую гармонию. А я сделаю так, чтобы путь назад был лёгким.

Кощей воткнул меч в песок.

— Сядь. Протяни руку.

Я сделал, как было велено. По одному свистку Бессмертного ко мне подбежал волк и начал облизывать пальцы. По щеке потекла слеза, когда я до конца осознал, что Филин зализывает раны. Будь он человеком – только бы наделал мне новых.

Когда я встал, рука больше не болела, рёбра не ныли, синяки и ссадины не доставляли дискомфорта.