Книга Персонаж, страница 123 – Павел Ковезин

Ева покинула беседу.

— Что за пиздец? – послышался чей-то голос.

Ева вернулась в беседу.

Сложно объяснить, что я чувствовал в тот момент. Не тот я, который был среди них в маске волка, а настоящий я. Тот, который находился по ту сторону экрана своего смартфона. Это было до боли неприятное чувство. Словно внутрь меня посадили какого-то паука, который начал ползать по моему телу изнутри и не давать покоя. Я не хотел ничего писать им, не хотел спорить или доказывать что-то. Я просто откинулся в кресле и заблокировал смартфон.

В тот же момент в чате появился местный бог – админ крупного сообщества, в котором все мы публиковались. В честь бога грома его звали Тор. Волосы его были заплетены в длинный хвост, а на голове болтался шлем марвеловского персонажа.

— Так, получается, что все, что у нас есть – это единственное письмо. Адрес, с которого оно пришло, точно его? – спросил он.

— Его, – ответила Ева, – хотя я уже ни в чем не уверен. Он мне озвучку скидывал с этой почты.

— Понятно. Значит, похоже на правду. Я, конечно, его почти не знал, но почему-то уверен, что он не стал бы так жестоко поступать просто для того, чтобы исчезнуть.

— Да, но я не собираюсь признать это, – не унималась Ева, – мне нравился Лукас. И он всё ещё должен мне сказку.

— Предлагаю подождать неделю, и если не будет новостей, сделать ему день в нашем сообществе. И надо будет включить его сказку в третий сборник. Помню, он спрашивал, как туда попасть, – сказал Тор.

— Это все слишком странно, – вступила в разговор Птиц, – человек не может просто исчезнуть. Он обещал написать людям сказки, он собирался путешествовать, хотел отправлять людям свою книгу. Люди, у которых есть планы, просто так не пропадают.

— На мой взгляд, выглядит так, как оно представлено, и мне хотелось бы ошибиться. Люди в таких случаях нередко на публику строят планы и ведут себя жизнерадостно, а потом неожиданно уходят.

Через некоторое время у Тора появились новые версии.

— А если реально его никто не видел, есть вероятность, что он – персонаж, и автор по ряду причин решил его убить. Кстати, кто что вообще про него знает? Хоть что-нибудь он о себе рассказывал?

Никто про него ничего не знал. И искать анонимов – такая себе идея. А строить ублюдские теории про персонажей, марая его имя – это ещё хуже. Ева накинулась на Тора с обвинениями и выкриками, прося, чтобы он заткнулся и не писал больше подобной дичи. Чат разделился на три лагеря – одни до последнего отказывались верить в смерть Лукаса, вторые встали на сторону Тора, считая Лукаса просто интернет троллем, третьи смирились с его смертью.

Я был в числе последних.

— Так что, ребята, – сказал кто-то из толпы, – на вас написали сказочку. А вы рыдаете по тому, кого никогда и не было.

Как тогда сказал мне Лукас, творчество всех нас сделает сумасшедшими. Что если он в своём творчестве действительно зашёл так далеко, что создал персонажа и игрался с ним, словно с пластмассовой куклой? И где отличие живого человека от персонажа? Ведь если осмотреть всех присутствующих здесь – кто они на самом деле? Живые люди или просто-напросто герои собственных историй? Создавая историю, все писатели хотят, чтобы их персонажи были живыми. Вдруг Лукас воплотил эту идею в жизнь?

Но Птиц со своим контраргументом была права: