Книга Трясина, страница 131 – Борис Саркисов

— Помолчав, Иван Васильевич спросил: — Скажи, Костя, почему ты настаивал взять твою дочь к нам в секретарши?

Зотов знал Карпухина как облупленного. Этот, казалось, дремлющий, но всегда готовый к прыжку хищник, иной раз поражал не только своей проницательностью, блеском ума, но и при необходимости способен проявлять сердечность и сострадание.

— Причин несколько, но две главные. Во-первых, чтобы она была под моим присмотром, а то сами знаете, что вытворяет молодежь, когда у нее время в избытке. Во-вторых, потому, что она хочет зарабатывать себе на тряпки, косметику.

— Ну, а ты… Неужели ты не можешь обеспечить ее всем, что она пожелает?

— На тряпки уходит слишком много денег.

— Мы вот что сделаем, — Карпухин взял со стола чековую книжку, нацарапал там что-то черной пастой. — Вот тебе чек на десять тысяч, получишь прямо в бухгалтерии. Пусть покупает все, что ей заблагорассудится. И вообще, если по большому счету, я перед ней в долгу. Со временем по-

стараюсь пристроить ее куда-нибудь посолиднее. — И чтобы не слышать возражений или слов благодарности, сразу же возвратился к прерванному разговору. — Лучше скажи, как быть с пятым объектом?

Зотов был тронут щедрым жестом шефа. Этого не мог не уловить Карпухин, поэтому они несколько секунд с любезной миной смотрели друг на друга.

— Продолжить поиски, — наконец вымолвил Зотов.

— Но время поджимает… Вот что, Костя, сам поезжай к Рантику. Я ему новую инструкцию подготовил, кое-что зашифровал. Сперва сам почитай, к потом разъясни ему. Вообще-то мне нравятся такие, как он, крутые, но он порой перекручивает. Поэтому проследи, чтобы дров не наломал. Этот

Осипов слишком далеко зашел, тоже мне — рафинированный чистюля, моралист. Чем он опасен? Тем, что ни тебе, ни мне неизвестно, что он выкинет завтра. И это тогда, когда ты баллотируешься в мэры. Поэтому инструкцию надо реализовать сегодня же. Подумать только: он не продается

за солидное вознаграждение? Это — нонсенс. Таких можно только истощить, надломить, довести до крайности, и тогда, глядишь, будет барахтаться в наших сетях. Тогда его заменят более сговорчивым. Пусть Рантик берет себе в подмогу Плюща и Якова.

Отпив несколько глотков водки и запив ее минералкой, Иван Васильевич продолжил:

— И еще вот что. Рэма видели в районе аэропорта. Возможно, он куда-то смотался, и я не сомневаюсь, что этот оборотень должен возвратиться.

Снаряди туда человек десять: пусть попеременно несут круглосуточное дежурство в течение месяца. Удвой, если надо утрой жалование этим ребятам, пусть получат деньги в бухгалтерии, берут зеленый фургон и тут же отправляются в аэропорт.

Константин Сергеевич кивнул в знак одобрения, и на жирном лице босса вновь зажглась улыбка — он принял этот кивок за покорность, и оба молчаливо согласились кончать на этом. Карпухин махнул рукой:

— Ладно уж, не из таких переделок сухими выплывали. Лучше скажи,

доволен ли ты ходом предвыборной компании?

— Все идет по плану, как и было задумано. Спасибо вам.

— Ну, что ты, это ведь в наших общих интересах. Я заполонил город афишами, листовками, плакатами, восемь красочных щитов распорядился установить на самых бойких местах. Вчера говорил с председателем облтелерадиокомпании Распутиным, он обещал тебе дополнительное платное время для шести выступлений. Помни, что твои политические, социальные и культурные программы не фикция, а вполне реальные планы, на которые я выделю столько средств, сколько потребуется.