Книга Гоцюй, страница 75 – Джин Соул

— У тебя есть мешок? – мрачно вопросила А-Цинь.

— Мешок? – растерялся У Минчжу. – Какой мешок?

А-Цинь пристально-пристально на него поглядела, У Минчжу, кажется, не только растерялся ещё больше, но и расстроился. Ага! Потому что она разоблачила его коварные замыслы?!

Но У Минчжу спросил:

— Тебе для превращения нужен мешок? Как странно… У меня нет. Но я могу принести. Я быстро обернусь, ты и крылом махнуть не успеешь.

— Мне не нужен мешок, – перебила его А-Цинь.

— Тогда зачем спрашиваешь, есть ли он у меня? – поразился У Минчжу.

А-Цинь только отмахнулась и ещё глубже погрузилась в раздумья.

Не похоже, чтобы он обманывал. А без мешка похитить птицу не так-то просто: не голыми же руками её ловить? Он так печётся о красоте собственного лица, что не возжелает ни крыльями по нему получить, ни быть оцарапанным птичьими когтями, это уж точно. Вероятно, можно смело превращаться в золотую птицу.

Вот только А-Цинь не была уверена, что у неё получится. Практики маловато: она всего пару раз обращалась птицей, и это всегда занимало очень много времени. Она не до конца понимала, как именно высвобождается эта личина. Требовалось сосредоточиться и… В его присутствии, под его пристальным взглядом разве сосредоточишься?

— Я… не уверена, что у меня получится полностью обратиться, – неохотно призналась А-Цинь.

— Ну так обратись не полностью, – предложил он, непонимающе пожав плечами.

А-Цинь немного поиграла с мыслью, какое стало бы выражение лица у У Минчжу, если бы он увидел перед собой птицу с руками вместо лап или с обычным носом вместо клюва.

А если она не сможет обратно превратиться? Нет, лучше уж делать то, что хорошо получается. Госпожа Цзи просила иногда, чтобы А-Цинь показывала ей крылья, и она уже в этом поднаторела, получается с первого раза. Но мачеха не смотрит на неё так пристально, как этот ворон.

— А тебе не кажется, что смотреть на кого-то в упор кр-р-райне неприлично? – спросила А-Цинь, подбоченившись.

— В такой позе стоять тоже, особенно для девушки, – моментально парировал У Минчжу. – Я смотрю на тебя, потому что мне нравится на тебя смотреть.

Ушам А-Цинь стало горячо. Он всегда лишь парой слов повергал её в смущение.

— Смотри не влюбись, – ляпнула она, припоминая, как он однажды «осадил» её этим.

У Минчжу как-то странно на неё поглядел, и это смутило А-Цинь ещё больше.

— Я… начинаю волноваться, когда ты так смотришь, – пробормотала она и поняла, что этими словами только глубже себя закапывает.

— Это хорошо, – ожидаемо согласился У Минчжу.

— Чтобы превратиться, сосредоточиться надо! Вот что я имела в виду! – поспешно воскликнула А-Цинь.

— Тогда просто не обращай на меня внимания. Притворись, что меня здесь нет. Раньше ты меня успешно игнорировала. Или я притворюсь.

— Что меня здесь нет? – скептически выгнула бровь А-Цинь.

— Что здесь нет меня, – мотнул он головой.

— У тебя слишком много присутствия для этого, – покачала головой А-Цинь.

— Я постараюсь его скрыть, – пообещал У Минчжу, но на деле ничего не изменилось: как пялился на неё в упор, так и продолжал пялиться, только старательно притворяясь, что ничего подобного не делает.

И это отвлекало ещё больше.

— Хватит! Просто стой, как стоял раньше! – взмолилась А-Цинь.

У Минчжу пожал плечами с таким видом, точно хотел сказать: «А я о чём? Это с самого начала было обречено на провал».