Книга Муцянь, страница 91 – Джин Соул

Чэнь Ло на это заметил, что травы можно утрамбовывать плотнее, тогда не будет никакой разницы, один у них короб или два, а значит, и на заработке это никак не отразится. Конечно, поклажа станет тяжелее, но Чэнь Ло готов сам её нести, раз уж уцелел его короб.

— Я не слабосильный, – возмутился Сяоцинь. – По очереди будем нести.

Пока он возился с коробом, Чэнь Ло проверил, что уцелело из еды, но отыскал только одну пресную лепёшку. Он разломил её надвое, одну половину протянул Сяоциню, другую взял себе. Лепёшка ещё и чёрствой оказалась.

Из тыквенных фляг не уцелела ни одна, и Чэнь Ло подумывал, не последовать ли примеру змей, потому что пить очень хотелось. Но он не желал глупо выглядеть при мальчишке. Он обломил несколько сосулек с медвежьей шкуры и незаметно сунул их в рот. Жажду это если уж не утолило, так обмануло, и Чэнь Ло на какое-то время перестал думать о воде.

Сяоцинь втихую проделал то же самое, что и Чэнь Ло.

— Лишние расходы, – продолжал ворчать он. – Теперь ещё и фляги покупать… Ты ведь не умеешь делать фляги из тыквы?

— А у тебя есть тыква-горлянка? – парировал Чэнь Ло, который как раз умел это делать, вернее, видел, как это делается, и не сомневался, что смог бы повторить.

— Нет, – уныло ответил Сяоцинь.

Солнце поднялось высоко, сосульки стаяли, медвежьи шкуры отяжелели. Чэнь Ло заметил, что неразумно будет тащить их с собой во Вторую столицу, и засунул обе в расселину между скалами, нисколько не сомневаясь, что старьёвщик вернётся за ними.

Змеи, которых они повстречали, были вялые и не обращали на них внимания. Им нужно было восполнить истраченное за ночь тепло. Вероятно, они не шелохнулись бы, даже если бы на них наступили. Но Чэнь Ло и Сяоцинь предусмотрительно обошли их стороной: вдруг какая-нибудь уже достаточно прогрелась, чтобы броситься?

В ловле и дойке змей Сяоцинь был не силён, а убийство даже такой опасной живой твари ему претило, потому аптекарские запасы его не пополнились, хотя змеи шли дороже, чем травы или коренья.

Чэнь Ло охлопал одежду, отряхивая каменную пыль, и сказал:

— В обвал в горах попали.

Но служащего магистрата на пропускном пункте Второй столицы нисколько не интересовало, отчего одежда путников запылена или с какой целью они пришли в город. Он лениво проверил, в порядке ли пропуск, сверился с розыскными листами. Его одолевала сонливость. И мухи.

— Чтобы войти в город или покинуть его, нужно заплатить, – сказал служащий магистрата.

— Это правила для торговцев, – возразил Чэнь Ло, который, как сын градоначальника, знал об управлении городом больше, чем ему хотелось бы, – а мы обычные путники.

— Странствующие аптекари занимаются торговлей, – лениво сказал служащий магистрата, – значит, должны платить торговый сбор при входе в город и на выходе.

— Ну, допустим, при входе, – вмешался Сяоцинь, – а на выходе-то почему?

— Сбор за полученную при торговле в городе прибыль, – сказал служащий магистрата.

— Сплошные убытки, – проворчал мальчишка.

Но спорить со служащим магистрата было бесполезно, пришлось раскошелиться.

— Это незаконно, – сказал Чэнь Ло, когда они отошли от пропускного пункта. – Въездной сбор взимается, это правда, но платить за то, чтобы покинуть город… Ничего не напоминает?

— Разбойника под мостом, – сейчас же вспомнил Сяоцинь.