Книга Муцянь, страница 47 – Джин Соул

К его удивлению, торговка ответила:

— Четверть связки монет.

— Так дёшево? – поразился Чэнь Ло и оценивающе пощупал рукав цзяньсю, подозревая, что ткань может оказаться ветхой. Но ткань была новёхонькая.

Торговка замялась, но потом сказала:

— С покойника, потому и дёшево.

Суеверия не позволяли людям носить одежду, снятую с мертвеца. Считалось, что это приносит несчастья и вообще плохо влияет на карму.

— А как он умер? – осведомился Чэнь Ло.

— Утонул. Хлебнул лишка и свалился в реку. Когда вытащили, уже захлебнулся.

— А почему одежду не забрала родня? – удивился Чэнь Ло. – Как она оказалась в суконной лавке?

— Пришлый был. Труп никто не забрал, так и лежит в морге. Деньги с продажи его шмотья на похороны и пойдут.

Чэнь Ло покачал головой. Суеверным он себя не считал, но всё же взять одежду, которая была на утопленнике… Торговка, словно прочитав его мысли, уверяла, что одежду выстирали и выветрили несколько раз, да он и утопленником-то недолго пробыл, не успел разложиться.

«Хуже уже не будет, – подумал Чэнь Ло. – Я чудом отсрочил смерть. Мне ли бояться покойников, когда я сам наполовину мёртв?»

— Покупаю, – решительно сказал он, вытаскивая кошель.

Торговка несказанно обрадовалась, что избавилась от сомнительной вещи, и даже предложила – безвозмездно! – ушить цзяньсю, если оно не подойдёт Чэнь Ло. Он воспользовался её предложением и переоделся тут же, в лавке. Цзяньсю село на него как влитое. Торговка восхищённо прищёлкнула языком. Чэнь Ло стащил с головы шапку, привычным жестом подвязал волосы, как прежде носил. Аптекарское одеяние он свернул и забрал с собой.

Сяоцинь, уже закончивший дела в аптекарской лавке, стоял на углу и озирался, явно высматривая Чэнь Ло в толпе, но не замечая его. Чэнь Ло подошёл и хлопнул его по плечу, сообразив, что Сяоцинь его не узнал. Мальчишка подскочил на месте, уставился на него круглыми глазами. Чэнь Ло смущённо кашлянул и сунул ему узел с аптекарской одеждой.

— Ты… – задохнулся Сяоцинь.

— Не сердись, – поспешно сказал Чэнь Ло. – Ну не могу я ходить как чучело, пойми ты. А эта одежда хоть и чёрная, но выглядит пристойно. Да и немаркая, самое то для долгой дороги.

Он не без удовольствия пригладил рукав, пройдясь пальцами по серебряной вышивке.

Сяоцинь присел на корточки и закрыл лицо ладонями.

— Ты что? – смутился Чэнь Ло. – Оно мне дёшево обошлось, всего четверть связки монет.

Сяоцинь посидел-посидел так, потом встал и толкнул ему в руки значительно полегчавший короб:

— Нужно найти цзюлоу^[24]. Скоро смеркается.

Чэнь Ло поглядел на небо и с удивлением заметил первые кровавые всполохи у горизонта. Как быстро прошёл день…

— Останемся на ночь в Чанцзяне? – уточнил он, вешая короб на одно плечо.

— Пропускной пункт закрылся. Никого не впускают и не выпускают. Остерегаются бандитов.

— Как будто бандиты днём в город проникнуть не могут, – усмехнулся Чэнь Ло.

— Угу, – кивнул Сяоцинь, – мы же проникли?

За что и удостоился гневного взгляда от Чэнь Ло.

Чанцзян, расположенный на перепутье дорог и одноимённой реки, издревле слыл перевалочным пунктом для торговых караванов, потому цзюлоу в нём было несколько. Устроены они были так, чтобы путешественники разного достатка могли утолить голод во время краткой остановки или остановиться на постой.