Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 1, страница 61 – Джин Соул

— Хотел показать ему людей, – сказал Лис-с-горы с широкой ухмылкой, – он их до смерти боится.

Хэшан пристально поглядел на Господина-с-горы. Тому захотелось превратиться в лиса и забиться под стол или ещё в какой укромный уголок. Взгляд будто прожигал его до костей.

— Хм, – сказал хэшан.

— Что? – Улыбка с не сходила с лица Лиса-с-горы, но Господину-с-горы казалось, что улыбается он вовсе не монаху, а собственным мыслям.

— Какой необычный лис, – проговорил монах, поглаживая бороду.

— Другого такого на всём белом свете не сыщешь, – кивнул Лис-с-горы и опять засмеялся.

Монах внимательно поглядел уже на Лиса-с-горы. Тот пожал плечами. Как будто между ними состоялся краткий неслышимый разговор.

— Имя у него есть?

— Ху Фэйцинь. Имя ему я придумал. Он был безымянным, когда я его нашёл. И бесхвостым.

— Не совсем бесхвостым, – недовольно сказал Господин-с-горы.

— Ему собаки полхвоста отхватили, – пояснил Лис-с-горы, – поэтому он до смерти людей боится. Не дело лису-оборотню бояться людей, вот я его сюда и привёл.

— Хм… – опять подал голос монах, – дай-ка мне лапку, лис по имени Ху Фэйцинь.

Он взял Господина-с-горы за руку и потрогал ему запястье. Господин-с-горы почувствовал, как страх поднимает ему волосы на затылке. А если монах поймёт, что он переродившийся даос?!

Монах тут же отпустил его руку, прикрыл глаза и сказал:

— Сейчас будут стихи.

— О-о-о… – протянул Лис-с-горы и сделал многозначительное лицо.

Монах молчал довольно долго, потом проговорил:

— Ну и что это значит? – спросил Лис-с-горы.

— А я почём знаю? – отозвался хэшан. – У меня бывает озарение, складываются стихи, я их произношу, а разгадывает пусть кто-нибудь другой. Лисы ведь хороши в таком, вот и разгадывайте.

— Делать мне больше нечего, – фыркнул Лис-с-горы. – Твои стихи-загадки становятся всё бредовее с каждым годом. Что за бесполезный у тебя дар – иносказательное провидение!

— Иносказательное провидение? – повторил Господин-с-горы. – Так это было пророчество?

— Некоторые считают, что так, – сказал хэшан и, завладев сосудом вина, хорошенько к нему приложился.

Господин-с-горы удивился: он полагал, что монахи не пьют.

— Даже пророчество тебе велит не думать о вознесении, – фыркнул Лис-с-горы, толкнув Господина-с-горы локтем.

— А отражение? У меня ведь есть отражение.

— Не стоит понимать стихи буквально, – сказал Лис-с-горы. – Твоим куцым хвостом не больно-то следы заметёшь!

— Что это вообще за небесные зеркала такие? – спросил Лис-с-горы. – Никогда о таких не слышал. А ты, Фэйцинь?

Господин-с-горы покачал головой.

— Значит, и о богине небесных зеркал вы тоже не слышали? – хитро сощурился хэшан.

— О, сейчас будет история, – оживился Лис-с-горы.

Хэшан снова обмочил усы в вине. Господин-с-горы между тем пытался понять, что его во всём этом смущает. Что-то было не так с этим монахом.

«Подожди-ка, – сообразил он, – если Ху Вэй с ним давно уже знаком, то сколько же этому хэшану лет?»

— Хранительница небесных зеркал, – начал хэшан, – потеряла глаз.

— Что? – переспросил Лис-с-горы. – Одноглазая богиня?

— Не перебивай, я только начал. Потеряла она, значит, глаз. Может, закатился куда. Искала она его, искала, искала-искала, во все небесные зеркала переглядела – нету, пропал глаз! Так и не нашла.