Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3, страница 167 – Джин Соул

— Прекрати! – рассердился Чангэ. – Большей глупости я не слышал. Не знаю, кем ты была в прошлой жизни, но в жизни этой…

— Кем я была? – прервала его Шу Э с каким-то истеричным смехом. – Ещё бы ты знал! Ты небожитель, имя Лю Цзиньцзы тебе ничего не скажет. Тебя ещё не было в мире смертных, когда этот демон в человеческом обличье ходил по земле…

По лицу Чангэ пробежала едва заметная тень. Историю мира смертных он знал лучше, чем полагала Шу Э. Он странствовал и слышал, что рассказывали люди о былых временах и событиях. Если происходили чудеса или, наоборот, какие-то страсти, люди помнили об этом долго, а чтобы не забывалось – слагали легенды, которые потом записывали и хранили монахи.

Имя Лю Цзиньцзы было не из тех, что люди забудут даже через тысячи лет, хоть царство Шуй давно исчезло с лица земли. Чангэ прекрасно знал его историю. Но какое это имело значение?

— Шу Э, – попытался Чангэ ещё раз, – прошлая жизнь ничего не значит. Круг перерождения бесконечен, жизни сменяют друг друга, душа проходит очищение, перерождаясь снова и снова.

— Моя душа осталась в первозданном виде, – отрезала Шу Э, – я не перерождалась. Ты думаешь, владыки ада позволили бы моей душе переродиться?

Она снова рассмеялась, на этот раз невыразительно, точно спазмы всё ещё сдавливали её горло.

— Омерзительно! – воскликнула она, обхватывая плечи руками. – Я сама есть Скверна! Как я могу… Не подходи!

Она попятилась, выставляя руку и раз за разом отталкивая Чангэ.

— Шу Э, успокойся, – просил Чангэ. – Мне всё равно, кем ты была в прошлой жизни…

— А мне не всё равно! – рявкнула Шу Э, глазная повязка её ещё больше окровенилась.

— Шу Э…

— Прости… – прошептала Шу Э, закусывая губу, – прости… и прощай.

— Нет!

Пальцы Чангэ схватили воздух. Шу Э растворилась в тенях.

— Шу Э!

Чангэ бросился её искать, охваченный безумным страхом. Шу Э нигде не было, она исчезла из этого мира. Бесследно.

Когда в семье правителя царства Шуй родился наследник, это сочли чудом. Лю Гуаньцзы был уже в преклонном возрасте, детей у него не было, хоть он сменил несколько жён и имел полсотни наложниц. Он молился богам, оставляя в храмах царства Шуй щедрые приношения, но боги оставались безучастны.

Отчаявшись, он велел написать картину, изображающую десять владык ада, и помолился перед ней. Клятв он не приносил, обетов не давал, но не успел он подняться с колен, как к нему примчались с известием, что его супруга, которую он взял в жёны несколько лет назад, понесла.

Спустя установленное время, родился ребёнок – мальчик, его назвали Лю Цзиньцзы. Но поскольку отец его был уже стар, а мать измучена родами, то вскоре оба родителя умерли, оставив ребёнка на попечение министров.

Правителем царства Шуй Лю Цзиньцзы стал в тринадцать лет.

Лю Цзиньцзы был необыкновенно красив. Глаза его были необычного серого оттенка, лицо напоминало черты богов и богинь в даосских храмах своей точёной красотой. Воспитанный в лучших традициях царства Шуй, он знал обряды и законы, был образовании и достаточно высокомерен, чтобы понимать, какое положение он однажды займёт.

Министры, бывшие его регентами до поры до времени, прельщали его роскошными одеяниями, изысканными яствами, красавицами-девственницами, собранными со всех концов царства Шуй, и несметными богатствами казны. Лю Цзиньцзы оставался равнодушным ко всему.