Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 4, страница 121 – Джин Соул

Ху Фэйцинь покачнулся, на него нахлынула тошнота. Циньлун подхватил его под локоть и усадил на какой-то камень.

— Вам нехорошо, Хуанди? – обеспокоенно спрашивал он.

— Меня сейчас стошнит, – выдавил Ху Фэйцинь, прижимая ладонь ко рту.

Циньлун обернулся чёрной молнией, исчез и тут же появился снова, держа в руках небольшой дымящийся кубок.

— Выпейте, вам станет легче, – сказал Циньлун и тут же оговорился: – Не беспокойтесь, Хуанди, питьё не отравлено.

— Я невосприимчив к ядам, – возразил Ху Фэйцинь, поднося кубок к губам.

Питьё не имело ни вкуса, ни запаха и было таким холодным, что Ху Фэйцинь на мгновение заледенел до мозга костей. Но тошнота действительно схлынула уже после пары глотков.

— Что это? – спросил Ху Фэйцинь, глядя в кубок.

— Небесная роса. Собираем её с облаков… Что с вами случилось, Хуанди? Почему вам стало нехорошо?

— Почему? – потрясённо переспросил Ху Фэйцинь, видя, что Циньлун смотрит на него с искренним недоумением. – Как… Мой отец, ведь мой отец… При одной мысли, что та же кровь течёт и по моим венам… Как Лао Лун вообще мог после этого спасать меня или становиться моим союзником?

— Хуанди, – Циньлун положил большую ладонь на руку Ху Фэйциня, – ваш отец – это ваш отец, а вы – это вы. Вы освободили небесных зверей, вы наш благодетель. Выпейте, выпейте ещё небесной росы. Вы так побледнели…

Ху Фэйцинь долго не мог прийти в себя. Лао Лун никогда не рассказывал ему, насколько чудовищным было предательство Небесного императора, так что он думал, что дракона хитростью заманили в ловушку, чтобы держать остальных небесных зверей в подчинении. Небесный император убил сына Лао Луна и содрал с него шкуру, чтобы сделать себе неуязвимые доспехи.

«А ведь шкуры со зверей дерут живьём», – мелькнула в голове лисья мысль, и тошнота нахлынула с новой силой.

Ху Фэйцинь, стуча зубами о край бокала, допил небесную росу.

— Но разве небесные звери не жаждут мести? – выговорил Ху Фэйцинь после, пристально глядя на Циньлуна.

— Мести? – переспросил Циньлун. – Но ведь она уже свершилась. Согласно Драконьему Дао, месть не должна переходить с преступника на его родственников, иначе круг замкнётся.

— Круг? – не понял Ху Фэйцинь.

Циньлун начертил носком сапога на земле круг:

— Тогда кто-нибудь захочет отомстить уже мстителям, и так далее, и так далее. В это сложно поверить, но небесные звери не кровожадные твари, какими нас пытаются выставить. Тайлун строг, но справедлив и не допустил бы бессмысленного кровопролития. Вы отомстили за его сына, Хуанди. Круг завершён и перечёркнут. – И с этими словами Циньлун затёр нарисованный на земле круг сапогом.

Ху Фэйцинь упёрся локтями в колени и закрыл лицо ладонями. Циньлун терпеливо ждал, когда он успокоится. На лице дракона был лёгкий отсвет удивления и одновременно восхищения. Он слышал от Лао Луна, что новый император – хороший человек, честный и справедливый, но только сейчас, увидев и услышав Ху Фэйциня, Циньлун понял, почему Тайлун выбрал его.

Циньлун встал на одно колено, сложил перед собой кулаки и сказал торжественно:

— Хуанди, драконы выбирают себе господина раз и на всю жизнь. Тайлун выбрал вас и будет верен вам до конца времён. Все небесные звери будут. Наши жизни принадлежат вам, Хуанди.

Ху Фэйцинь выпрямился и сказал, покачав головой: