Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5, страница 304 – Джин Соул

— Но зачем строить пагоду, на которую нельзя подняться? – недоумевал Ли Цзэ.

— Можно подняться, нужно знать секрет.

— Тогда пошли! – загорелся Ли Цзэ. – Я всегда хотел поглядеть на округу с высоты пагоды.

Су Илань взяла Ли Цзэ за руку и завела за пагоду, туда, где конструкция упиралась боком в дворцовую стену. Су Илань потрогала замшелые камни у основания пагоды, и – к удивлению Ли Цзэ – открылась узкая дверь, замаскированная под каменную кладку. Дверь эта скорее походила на окно, взрослому мужчине, чтобы пройти в нее, пришлось бы согнуться в три погибели.

Су Илань, превратившись в змею, скользнула к Ли Цзэ за пазуху и сказала:

— Внутри просторно, не застрянешь.

Стены пагоды оказались полыми, между ними были втиснуты ступени уходящей вверх лестницы, которая отлично сохранилась. Ли Цзэ, придерживаясь рукой за стены, стал подниматься.

— Тогда пагоду использовали как ловушку для врагов или укрытие от них, – рассказала Су Илань. – На этой лестнице можно спрятать солдат или спрятаться мирным жителям. Внутри пагода выглядит заброшенной, никто не станет ее тщательно проверять, а разрушать уже разрушенное попросту нет смысла. Годы прошли, секрет пагоды забылся, а я этим воспользовалась и пряталась здесь от демонов. Но потом вокруг пагоды выстроили дворец, пришлось покинуть эти места: стало слишком людно, а люди не любят змей. Не думала, что когда-нибудь вернусь сюда.

— А с нее правда видно все царство? – спросил Ли Цзэ, приостановившись, чтобы перевести дух.

— Нет, – сказала Су Илань, – только окрестности, но тогда окрестности и были «всем царством».

— В летописях об этом ничего нет…

— Тогда и летописей еще не было, – возразила Су Илань. – Хроники вести начали, когда основали первую династию. Как ее там называли? Божественная Паньгу? Выпало из памяти.

— Величественная Паньгу, – вспомнил Ли Цзэ. – Но о ней почти никаких записей не сохранилось. Ее назвали в честь демиурга, сотворившего мир… Или первым царем был сам демиург?

Су Илань, кажется, фыркнула:

— Да просто первого царя так звали, а легенду о Паньгу придумали, чтобы возвеличить его имя.

— Но тогда кто сотворил мир? – несколько растерянно спросил Ли Цзэ.

— Небеса, конечно.

— А кто сотворил Небеса?

— Небеса сотворили сами себя, – после паузы сказала Су Илань.

Она плохо представляла себе устройство мира, как и все змеи, но древние знания, хранившиеся в памяти змеиных демонов, гласили, что существует три мира – Небеса, мир смертных и мир демонов. Где-то еще должен был ютиться ад, но Су Илань даже не представляла, с какой стороны его подставить к своим представлениям об устройстве Вселенной.

Ли Цзэ между тем выбрался на смотровую площадку пагоды, откуда открывался вид на дворцовый комплекс и – частично – столицу. Су Илань предпочла оставаться у него за пазухой.

— Так высоко я еще не забирался, – сказал Ли Цзэ. – Падать отсюда, должно быть, долго.

Между тем министры успели потерять царя, а когда увидели, где он, то пришли в совершеннейший ужас и помчались к царскому евнуху и притащили его за собой к пагоде.

— Гунгун! – возопил Зеленый министр. – Царь же убьется!

— Как он вообще туда залез? – поразился Янь Гун.

— Лезь туда и уговори царя спуститься, – велел Синий министр.

— Как я туда залезу? Я не кошка, чтобы по стенам лазить, – испуганно замахал руками Янь Гун.