Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5, страница 221 – Джин Соул

— Почему вы вообще ей ногти не обрезали? – обрушился он на придворных дам.

— Яньжэнь, – возмутилась старшая придворная дама, – короткие ногти только у простолюдинок! Благородные дамы из дворца носят длинные ногти.

— Благородные дамы… – повторил Янь Гун, разглядывая Мэйжун.

— Твой взгляд оскорбителен, евнух, – вспыхнула Мэйжун.

— Я знаю, – спокойно кивнул Янь Гун и, обернувшись к старшей придворной даме, сказал: – Займитесь ее обучением. Прежде чем представлять ее двору, нужно сделать из нее хотя бы подобие благородной женщины… и отучить ругаться.

Придворные дамы поклонились, но с весьма кислым видом. Становиться наставницами этой бестии никто желанием не горел.

Старшая придворная дама собралась с духом и сказала:

— Яньжэнь, почему бы тебе самому этим не заняться? Я не уверена, что мы с ней справимся.

— А я справлюсь? – возмутился Янь Гун.

— У тебя есть кнут, – сказала старшая придворная дама без обиняков, – и ты с ним хорошо управляешься, это все знают.

— Ты посмеешь ударить женщину? – с презрением спросила Мэйжун.

— Я не бью женщин… даже если они это заслужили. Но поглядел бы я, что ты скажешь, если я велю не кормить тебя и не давать тебе еды.

— А ты испытай меня и узнаешь, – с вызовом сказала Мэйжун.

— Сама напросилась.

Разумеется, Янь Гун не собирался морить Мэйжун голодом, но полагал, что вынужденная умеренность в еде пойдет на пользу ее характеру, потому, когда пришло время обеда, на стол в покои Хуанфэй поставили всего два небольших блюда. На одном лежало куриное крылышко, на другом – гроздь винограда и горсть красных ягод. Мэйжун выгнула бровь, но ничего не сказала, только выжидающе уставилась на евнуха. Казалось, все это ее скорее забавляет, чем беспокоит.

— Это твоя еда на весь день, – сказал Янь Гун. – Не съедай все сразу, добавки тебе никто не принесет. Расходуй экономно. Если захочешь напиться, в бочке есть вода.

Мэйжун явно ухмыльнулась под вуалью, Янь Гун расслышал характерный звук.

— Я не шучу, – сказал он и нахмурился.

— Нисколько не сомневаюсь, – кивнула Мэйжун, демонстративно отщипнула две виноградины и сунула их под вуаль. К прочему она не притронулась.

«Посмотрим, что с тобой будет к концу дня!» – подумал Янь Гун.

Он знал, что у женщин хороший аппетит, будь они красавицами или уродинами. Весь день на двух виноградинах не смогла бы протянуть даже небесная фея. Но когда он вечером пришел в покои Хуанфэй, чтобы проверить, как справляются с обучением строптивицы придворные дамы, то обнаружил, к своему удивлению, что еда осталась нетронутой, только с виноградной грозди пропало еще несколько виноградинок. Янь Гун нахмурился.

Мэйжун, заметив выражение его лица, сказала:

— Евнух, в другой раз не приноси мяса.

— Почему? Оно испортилось? – спросил Янь Гун, решивший, что разгадал загадку: Мэйжун не стала есть, потому что курица тухлая.

— Потому что я не ем мяса.

— Правда? У вас с царем много общего. Он тоже не ест мяса.

— Почему? – Ее глаза сузились на долю секунды.

— Можешь спросить при личной встрече, – предложил Янь Гун.

Мэйжун только демонстративно отвернулась.

— А чем тебе не угодило все остальное? Почему ты не доела виноград и не притронулась к ягодам?

Мэйжун приподняла брови, опустила и сказала:

— Я не ем красных ягод. Виноград я ела. Если эта гроздь мой завтрак, оставь ее, а остальное унеси. Я наелась.