Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5, страница 217 – Джин Соул

— Проклятые демоны! – прошипел он, и его глаза сузились.

— Яньжэнь? – отозвался ехавший рядом с повозкой слуга, ошибочно решивший, что Янь Гун позвал его.

— Не нужно нас сопровождать, забирай солдат и отправляйся к Цзао-гэ и остальным, – распорядился Янь Гун, – людям нужна помощь, а до дворца мы доберемся сами.

Он, даже не спрыгнув с повозки, легко перебрался на место возницы, держась всего лишь за протянутые ему поводья – повозка была запряжена лошадьми.

— А если все же сбегу? – спросила Мэйжун, приподняв занавесь.

— Понадеюсь на твою совесть, – отозвался Янь Гун.

— Совесть? У женщины из Весеннего дома? – хохотнула Мэйжун и выставила ногу, словно собиралась спрыгнуть с повозки.

Янь Гун равнодушно взглянул на ее белое колено, несильно стукнул по нему рукоятью плети.

— Чего только на свете не бывает, – сказал он. – Не высовывайся: в воздухе гарь от пожарищ, испачкаешься или глаза запорошишь.

— А что, чумазая наложница во дворце не нужна? – спросила Мэйжун с явным воодушевлением в голосе.

— Запачкаешься – отмоют, сбежишь – поймают, – скороговоркой сказал Янь Гун. – А если свалишься с повозки и расшибешься?

— Тогда тебе плетей всыплют, что не довез, – сказал Мэйжун моментально.

— Язык у тебя хорошо подвешен, – не без одобрения заметил Янь Гун, тут же ухмыльнулся и заорал во все горло: – Царская наложница едет!

Ему показалось, что Мэйжун выругалась и весьма крепко, но он подумал, что ослышался. Красавицы, он думал, не выражаются такими словами.

Плохо же он знал красавиц!

Вернувшись во дворец, Янь Гун первым делом водворил Мэйжун обратно в покои Хуанфэй и приставил к ней придворных дам, а к дверям еще и стражу. Он не собирался повторять своих ошибок и распорядился, чтобы Мэйжун схватили и связали, если она вздумает сбежать. Говорил он это прямо в покоях Хуанфэй.

Мэйжун презрительно скривила губы и с вызовом села за стол, по-мужски выставляя колено в сторону, словно бы говоря, что убегать не собирается, но пусть только кто-то попробует ее хоть пальцем тронуть. Стража не знала, куда девать глаза, Янь Гуну пришлось поставить их за дверями покоев Хуанфэй. Придворные дамы были в ужасе от манер первой обитательницы царского гарема.

«Вот им и будет чем заняться на досуге», – подумал Янь Гун и отправился к Ли Цзэ сообщить, что Мэйжун найдена.

Ли Цзэ с министрами обсуждал восстановление столицы. Перед ними, на столе, была разложена карта, где красным были помечены все разрушения. Министрам не слишком нравилась идея распотрошить казну, но Ли Цзэ их и не спрашивал. Он велел Цзао-гэ взять людей и забрать столько золота, сколько потребуется, а если казначей откажется отпирать казну, то взломать двери и вынести вообще все, что имеется внутри. Услышав это, министры без лишних возражений вручили Ли Цзэ ключи от казны: уж лучше добровольно отдать часть золота, чем лишиться всего и сразу!

Янь Гун вошел к ним. Министры тут же начали посылать ему вопросительные взгляды и подмигивать. Янь Гун, заметив это, показал им большой палец. Министры просияли: хоть какая-то хорошая новость!

— А, Гунгун, – рассеянно сказал Ли Цзэ, водя по карте кистью, – я с самого утра тебя не видел.

— Цзэ-Цзэ, я разыскал Мэйжун, – доложил Янь Гун, сунув руки в рукава и так поклонившись.