Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 7, страница 28 – Джин Соул

— Сомневаюсь, чтобы Владыка миров решил подложить нам хорька, – покачал головой Ху Фэйцинь.

— Так это и не Владыка миров был, а какая-то лисяра подозрительная, – уточнил Ху Вэй.

— Почему сразу подозрительная? Вполне себе приличный лис был. А какой у него роскошный хвост! – мечтательно добавил Ху Фэйцинь.

— Гм, – сказал наконец хэшан, – ладно. Думается мне, если эта штука меня прикончит, то я вознесусь и стану небесным бонзой, поскольку заслуг у меня не счесть, и что мне тогда помешает вернуться обратно?

Он решительно отставил сосуд вина, подобрал посох и осторожно дотронулся его концом до жемчужины. Все замерли, но ничего не произошло. Хэшан потыкал жемчужину посохом с разных сторон и попытался подкатить её к себе поближе, поскольку вставать было лень, но жемчужина не сдвинулась с места.

— Слишком тяжёлая, – сделал вывод хэшан и, кряхтя, поднялся. – Будто к полу приросла. Не знаю, получится ли вообще её поднять.

— Жемчуг разве тяжёлый? – усомнился Ху Вэй. – Да ты просто дрейфишь!

— Иди и сам попробуй поднять, – огрызнулся хэшан. Ноги он переставлял так медленно, словно его за щиколотки ухватили невидимые гуи и волочились следом, мешая идти.

Вообще хэшан был не из пугливых: не побоялся же завести знакомство с лисьим демоном? Но с волшебными штуками он сталкивался редко. В мире смертных всё больше говорили о проклятых артефактах, чем собственно о волшебных. Схлопотать проклятие хэшану нисколько не хотелось, но и ударить в грязь лицом перед лисами тоже: если эта штуковина окажется безопасной, Ху Вэй его потом на смех поднимет и трусость эту ему непременно припомнит.

Он покряхтел себе в бороду, остановился возле жемчужины и предупредил:

— Сейчас подниму. Вот прямо сейчас подниму.

Оба лиса выжидающе на него уставились. Но, видно, «вот прямо сейчас» хэшана отличалось от «вот прямо сейчас» лисьих демонов, поскольку наступать нисколько не торопилось.

— Да подними ты её уже! – рассердился Ху Вэй, когда и через четверть часа дело не сдвинулось даже на лисий палец. – Что ты вокруг неё, как павлин, вытанцовываешь?

Хэшан действительно мышиными шажками ходил вокруг жемчужины, примериваясь то и дело, чтобы поднять её, но в последний момент неизменно передумывал и выпрямлялся, старчески кряхтя.

— С волшебными штуками торопиться нельзя, – важно сказал хэшан.

— Мы даже не знаем, волшебная ли она! – возмутился Ху Вэй.

— Уж не из этого мира точно. А вдруг она меня и вправду в небесного бонзу превратит, что тогда?

— А тогда, – вдруг ухмыльнулся Ху Вэй, – Фэйцинь тебя мигом разжалует и спустит по Небесной лестнице обратно на землю. Ему, как Небесному императору, это раз плюнуть.

— Почему это разжалует? – обиделся хэшан. – Я, может, получше других небесных бонз стану!..

— Ты стань сначала, – презрительно отозвался Ху Вэй.

— А вот и стану! – сердито сказал хэшан и протянул наконец руку за жемчужиной.

Ху Вэй ухмыльнулся. Подначивать можно и старого монаха, не только Ху Фэйциня.

— Гм… – нахмурился хэшан, удерживая жемчужину на дрожащей ладони, – по весу она как сливовый лепесток, не больше. Почему же она казалась такой тяжёлой, когда я пытался посохом её откатить?

Ху Вэй с Ху Фэйцинем переглянулись. На жемчужину явно были наложены какие-то чары. А может, она реагировала на духовные силы. У хэшана-то они тоже были. Помирать, превращаться в пепел или возноситься хэшан, похоже, не собирался, но вид у него был озадаченный.