Книга Пучина Сирены, страница 95 – Марта Уэллс

Лун не сомневался – Скверны это изменят.

Энния сказала Селадонне:

— Одно из наших торговых судов только что вернулось из далекого путешествия на запад. Теперь товар распределяют по лавкам и продают, а те, кто ставил на успех торговцев, пришли, чтобы узнать новости.

Селадонна притворилась, будто ей интересно, хотя Лун сомневался, что это так. Раксура плохо понимали, что такое деньги и зачем крупные земные поселения используют их в торговле.

Энния повела гостей на другой конец зала, затем вверх по широкой лестнице в просторную галерею. Там ждали двое земных мужчин, которые распахнули перед ними тяжелую дверь.

За ней оказалась большая приемная. С потолка свисала бронзовая люстра, состоявшая из светящихся стеклянных шаров, которые держались на металлических звеньях. На толстом круглом ковре кольцом стояли скамьи с темно-синими подушками и изящные бронзовые кресла с высокими спинками. Лун почувствовал приторные ароматы духов и дыма, которые смешивались с запахами камней, воды и металла.

Вслед за ними в комнату вошло несколько земных обитателей, и двое захлопнули тяжелую бронзовую дверь, отрезав их от шумного рынка. Луну это не понравилось, но он напомнил себе, что Селадонна уже здесь бывала. И все же он настолько привык скрывать от земных обитателей свою природу, что теперь опасался меняться при них, особенно когда на него вот так таращились.

Селадонна тоже заговорила по-кедайски:

— Энния, это мой… – Она замешкалась, вспоминая нужное слово. – Мой брат, Лун. И Утес, старейшина двора Туман Индиго.

Энния улыбнулась и изящно опустилась в кресло.

— Приветствую вас. Пожалуйста, садитесь. Селадонна, ты не рассказывала, что у тебя есть брат.

Раксура всегда появлялись на свет выводками по пять детей, но Селадонна не стала об этом говорить.

— Он недавно прилетел к нам в гости. – Сев на скамью напротив Эннии, она посмотрела на Луна и кивком указала ему на соседнее место. Обычно на встречах с другими правителями консорты сидели позади королев, однако Селадонна решила следовать обычаям земных обитателей. Лун подумал, что она поступает мудро. Чем больше они расположат к себе авентерцев, тем проще будет их убедить.

Трое спутников Эннии – двое земных мужчин и пожилая женщина – тоже сели, но отодвинулись от раксура подальше. Под пальто у них были теплые одежды: штаны, длинные рубахи и жилеты, все окрашенные редкими, дорогими цветами и либо вязаные, либо сшитые из тяжелой парчи. На вид в их худых тельцах почти не было мяса, так что они не могли обойтись без теплой одежды, которая защищала их от ветра и постоянного холода, царившего среди каменных стен. Разглядев авентерцев поближе, Лун заметил, что вытянутыми были не только их глаза, но и головы, и руки, и ноги – даже окрыленные раксура выглядели по сравнению с ними не такими худыми и длинными.

Воины сели на скамью и на пол позади Луна и Селадонны; они чуть потолкались локтями, но не произнесли ни слова. Утес, не обращая ни на кого внимания, пошел по периметру комнаты, стал разглядывать расписанные панели, которые висели на стенах, и вселять страх в авентерцев.

По спине Луна пробежал холодок. Обычно Утес относился к земным обитателям доброжелательно, не чурался их в странствиях, а подходил, чтобы узнать новости и просто поговорить. Сколько Лун его знал, праотец всегда был с ними вежлив. Лун принюхался, стараясь сделать это незаметно.