Книга Змеиное море, страница 204 – Марта Уэллс

Тишина качнулась вперед и налетела прямо на кулак Нефриты, отчего ее голова запрокинулась назад. От двойного удара – чайником и кулаком – она рухнула навзничь.

Нефрита, тяжело дыша, нависла над ней. Она уставилась на Луна – недоверчиво, оскорбленно, с еще не угасшей яростью во взгляде.

— Что это было? – спросила она, хрипя от гнева.

— Ты не можешь ее убить, – сказал Лун, медленно проговаривая каждое слово. Он бросил чайник к очагу и принял земной облик, надеясь, что это успокоит Нефриту. Голова Тишины была рассечена, из раны текла кровь, некоторые из ее шипов были сломаны и разбиты вдребезги, но он видел, что ее сложенные крылья подрагивали, а значит, она все еще дышала. – Нам придется отнести ее в Изумрудные Сумерки и заставить признаться в том, что она пыталась совершить. – Если Нефрита убьет Тишину, то воины смогут солгать о том, что случилось, и заявить, что это Туман Индиго напал на них. Тогда Изумрудные Сумерки скорее поверят им, чтобы избежать позора.

Нефрита явно была не в восторге от такой идеи. От рыка ее голос стал еще ниже, и она сказала:

— Она им ничего не расскажет. Она солжет.

— Ее воины не солгут, если ты пригрозишь им. Скажи им, что убьешь ее, если они не скажут правду. – Все выжившие сбежали и полетели прочь от древа, но Нефрита еще могла поймать кого-нибудь, если поторопится.

Нефрита тряхнула шипами и зашипела от переполнявшей ее ярости. Корень принял земной облик и присел, благоразумно не принимая ничью сторону. Однако Звон тихонько прибавил:

— Вы можете потребовать наставника в качестве свидетеля, когда прилетите в Изумрудные Сумерки. Так вы вовлечете арборов, и другие королевы не смогут сделать вид, будто ничего не произошло. Им придется с ней разобраться.

Нефрита тряхнула шипами и скорчила презрительную гримасу.

— Мы никогда не доберемся до их двора, не убив ее, так что лучше я сделаю это сейчас.

Лун возразил:

— У них есть усыпляющие отвары. На мне они сработали. Скорее всего, сработают и на королеве.

Нефрита, чья ярость так и не нашла выхода, взревела так громко, что оглушила Луна. Он нахмурился, а Звон и Корень оба распластались по траве и прикрыли головы руками. Она прошлась из стороны в сторону, затем остановилась и всплеснула руками.

— Ты прав! Я полечу и достану нам треклятого воина. Но если этот кусок дерьма хотя бы шелохнется… – Она снова зарычала и взмыла в воздух.

— Лови зеленую самку! – прокричал Лун ей вслед. Она, похоже, была среди воинов главной, и благополучие Тишины наверняка заботило ее больше других.

Корень сел, глядя на стремительно удаляющуюся Нефриту.

— Она несла меня сюда, а я показывал ей дорогу, – признался он Луну. – Я никогда в жизни так быстро не летал!

Звон поднялся на ноги. Немного дрожа, он утер пот со лба.

— Я пойду поищу отвар. Он, наверное, в одном из этих укрытий. – Он подошел к первому и, пригнувшись, заглянул внутрь.

— Поторопись. – Лун сел на траву, настороженно приглядывая за Тишиной. От этого отвара у него разболелась голова и саднило горло. Порезы от когтей Тишины на его шее кровили, но несильно, и беспокоиться было не о чем. Похоже, что день уже клонился к вечеру, и Лун страшно устал, хотя и был в сознании совсем недолго.

— Где остальные? – спросил он у Корня.

— Летят сюда, следуют за указателями, которые оставляла Нефрита. Мы собирались подождать, пока они не догонят нас, и напасть посреди ночи, но… – Корень обвел рукой порушенный лагерь. – Нефрита передумала.