Книга Вор Мертвого города, страница 29 – Андрей Глухарёв

Я ехал в самом хвосте колонны, накинув капюшон так низко, что он почти скрывал глаза. Мой серый мерин был выбран мной лично: он не отличался статью или красотой, зато у него был мягкий шаг, и он не имел дурной привычки всхрапывать без причины. Я сливался с серым утренним светом, предпочитая держать весь отряд в поле зрения. В нашем деле удар в спину — это не фигура речи, а профессиональный риск.

Рядом со мной, вернее, чуть впереди, разворачивалась настоящая драма. Лира, наша юная волшебница-недоучка, очевидно, видела лошадь вблизи впервые в своей короткой и, судя по всему, весьма замкнутой жизни. Ей досталась смирная, пегая кобыла, но девчонка вцепилась в ее гриву с таким отчаянием, словно висела над пропастью. Поводья она давно выронила, ее магический посох неловко торчал из-за спины, то и дело цепляясь за ветки редких деревьев, а сама Лира при каждом фырканьи животного тихонько вскрикивала и зажмуривалась. Ее слишком большая мантия намокла и облепила худые плечи, делая ее похожей на озябшего, выброшенного на улицу котенка.

— Эй, пташка, не души скотину! — громогласно расхохотался Бран.

Горец ехал рядом с ней на огромном мохнатом жеребце, который походил скорее на медведя-переростка. Северянин был в своей стихии. Дождь, сырость и пронизывающий ветер, казалось, вообще не причиняли ему дискомфорта. Он скинул капюшон, подставляя рыжую бороду под холодные капли, и то и дело прикладывался к пузатому кожаному бурдюку. Его круглый щит ритмично постукивал по бедру, а сам Бран беззаботно болтал ногами в стременах.

— Ты расслабься! Лошадь, она как баба, чует, когда ты ее боишься! — он потянулся и хлопнул пегую кобылу Лиры по крупу, отчего та недовольно дернула ушами и ускорила шаг.

Лира тонко пискнула, сползая набок.

— Пожалуйста, господин Бран… не надо… она меня сбросит… — пролепетала волшебница, побелев еще сильнее.

— Я же сказал, расслабься! Коленями держись, коленями! — гоготал дикарь, явно наслаждаясь ее паникой.

Я лишь мысленно сплюнул. В любой другой ситуации я бы предпочел, чтобы эта истеричка свернула себе шею прямо сейчас, пока мы не зашли слишком далеко. Но Даррен ясно дал понять: без ее магии туман Города Мертвых сожрет нас живьем. Придется терпеть.

Где-то впереди, подобно ожившей скале, возвышался Крэг. Бугай сидел на самом массивном боевом коне, которого только смогли найти в городе, но даже под его тяжестью животное прогибалось. Крэг не обращал внимания на дождь, на болтовню Брана или проклятия гнома. Он просто смотрел вперед тупым, немигающим взглядом, покачиваясь в такт шагам. Его гигантская секира была замотана в промасленную мешковину и приторочена к седлу так, что ее рукоять торчала вверх, словно мачта корабля.

Мы подъехали к Северным вратам. Здесь не было монументальных статуй или золотой лепнины, как в Столице. Только потемневший от времени и влаги камень, ржавые железные решетки, с которых капала рыжая, похожая на сукровицу вода, да пара десятков стражников в помятых кирасах, греющихся у жаровни под навесом. Когда мы приблизились, начальник караула — обрюзгший мужик с красным, покрытым лопнувшими сосудами носом — нехотя отделился от огня и преградил нам путь алебардой.

— Куда прете? — прохрипел он, обводя наш пестрый отряд мутным взглядом. — Северный тракт закрыт. Приказ губернатора. Орки на юге бушуют, так что из города никого не выпускаем. Все военнообязанные подлежат…