Книга Вор Мертвого города, страница 17 – Андрей Глухарёв

— У тебя нет детей, старый ты хрен. Пятьдесят. И в эту цену входят ножны и пять склянок алхимического огня.

Фарго замер. Его лицо скривилось в гримасе искреннего страдания. Он театрально схватился за грудь, закатил глаза, но, встретив мой немигающий взгляд, тяжело выдохнул.

— Ты грабишь меня средь бела дня… то есть, ночи. Пять склянок алхимической дряни — это дорого, Марек. Очень дорого. Алхимики нынче дерут втридорога. Пятьдесят пять за всё, и мы бьем по рукам. Иначе иди режь своих оборотней кухонным ножом.

Я на секунду задумался, взвешивая в руке тяжелый клинок. Пятьдесят пять золотых — это почти все мои сбережения, но в Эре-Нергале золото мне не поможет. А эта гномья работа может спасти мою шкуру.

— По рукам, — я полез за пазуху и достал тяжелый кожаный кошель. Отсчитал пятьдесят пять звонких монет, сложив их ровными столбиками на прилавке.

Фарго проворно сгреб золото, его лицо вновь осветила довольная улыбка. Он выложил передо мной кожаный колчан с тяжелыми болтами. Наконечники тускло блестели чистым серебром. Следом на стол легли пять стеклянных ампул в специальном мягком патронташе. Внутри ампул лениво перекатывалась густая, мерзкого желтого цвета жижа — концентрированный алхимический огонь. Стоит ампуле разбиться, и эта дрянь вспыхнет так, что не потушишь ни водой, ни песком. Будет гореть, пока не сожрет плоть до костей. Идеально против того, что давно мертво.

— Не знаю, куда ты собрался, Марек, — тихо произнес Фарго, провожая взглядом, как я укладываю ампулы в нагрудные карманы куртки и закидываю колчан за спину. — Но с таким арсеналом люди обычно не возвращаются. Ты уж постарайся выжить. Кто еще будет так безбожно сбивать мне цены?

— Не дождешься, старик. Оставь для меня бутылку хорошего вина. Я вернусь и выпью ее за твой счет.

Я развернулся, набросил плащ так, чтобы скрыть новое оружие, и шагнул обратно в сырую темноту Ржавого рынка.

Впереди была ночь, полная дождя. А завтра, в полдень, в сверкающем золотом «Императорском Павлине» я узнаю, с кем именно мне предстоит спуститься в преисподнюю. И Теос мне свидетель, если Даррен подсунет мне в команду идиотов, я пущу свой первый серебряный болт ему промеж глаз.

Покинуть Ржавый рынок оказалось куда проще, чем спуститься в него. Я вынырнул из вонючего зева старой канализационной трубы в трех кварталах от красилен, осторожно придерживая под плащом короткий гномий меч. Инструмент приятно холодил бок сквозь ткань куртки, но его вес и габариты теперь требовали от меня иной пластики движений. Скрывать такую бандуру под мокрой одеждой — задача не из легких.

Ливень на поверхности и не думал утихать. Вода сплошной стеной низвергалась с почерневших небес, превращая узкие улочки в бурлящие горные реки. Я натянул капюшон по самые брови, пригнулся, укрываясь от хлестких порывов ледяного ветра, и зашагал по Кожевенному ряду. Я свернул в узкую, вечно утопающую в грязи подворотню, по привычке держась самой темной стороны улицы, как вдруг мой взгляд выхватил впереди движение.

В мутном свете одинокого фонаря, болтающегося на железной цепи, появилась массивная фигура. Широкие плечи, характерный наклон головы, увенчанной шлемом с гребнем, и грузная походка вразвалочку. Я бы узнал эту фигуру даже в кромешной тьме преисподней. Капитан городской стражи Брог. И, судя по лязгу железа и тихому бубнежу за его спиной, он был не один. Встреча со стражей, особенно с Брогом, когда под плащом у тебя спрятана контрабандная гномья игрушка и алхимический огонь, в мои планы совершенно не входила. Я плавно, не меняя ритма шагов, начал смещаться влево, к спасительному провалу между двумя заколоченными складами. Еще пара секунд, и я растворюсь во мраке, став ничем.