Книга Вор Мертвого города, страница 16 – Андрей Глухарёв

— Эльфийская сталь из кузниц Арлеста, — запел Фарго, ласково поглаживая навершие. — Баланс — идеальный! Легкий, как пушинка. Этот клинок рассекает кольчугу, как мокрую бумагу. Всего триста золотых дукатов, Марек. Для старого друга — двести восемьдесят. С этим оружием ты будешь выглядеть как настоящий лорд теней!

Я смерил оружие холодным взглядом, затем перевел его на Фарго.

— Ты за кого меня держишь, старый пройдоха? За богатенького сынка барона, который решил поиграть в наемника на выходных?

Улыбка Фарго слегка померкла.

— Что не так? Это лучшее оружие…

— Это кусок дорогого дерьма, Фарго, — процедил я, наклоняясь над прилавком. — Эльфийская сталь? Эта тонкая фольга со звоном переломится пополам после первого же удара о берцовую кость или толстый панцирь. Золотые узоры на гарде бликуют при луне. А серебряная оплетка на рукояти? Теос милосердный, да как только мои руки покроются потом, грязью или чужой кровью, эта гладкая дрянь просто выскользнет у меня из пальцев! Засунь этот «шедевр» обратно в коробку и продай заезжему дворянину. Мне нужен инструмент, а не украшение для камина.

Фарго обиженно надул губы, захлопнул футляр и с показным вздохом убрал его под стол.

— Вы, профессионалы, такие скучные. Никакого чувства прекрасного. Ладно, Марек. Я понял. Тебе нужна грубая сила без рюшечек.

Он повернулся к дальней стене лавки, где в полумраке на стойках пылилось оружие попроще. Мой взгляд тут же зацепился за то, что нужно.

— Вон тот, — я указал пальцем в угол. — Третий слева.

Фарго снял с крюков тяжелый, широколезвийный короткий меч и с глухим стуком положил его передо мной. Никакой эльфийской стали. Темный, матовый металл, не отражающий ни крупицы света, с характерным белесым рисунком — явный след глубокой серебряной протравки. Лезвие расширялось к концу, делая его похожим на хищный тесак, а толстый обух обещал страшную силу удара. Рукоять была плотно обмотана шершавой акульей кожей — такая не выскользнет, даже если ты нырнешь в бочку с маслом. Массивная стальная гарда и тяжелое граненое навершие выглядели более чем надежно.

Я взял его в руки. Тяжелый. Убойный. Баланс был идеальным — центр тяжести ложился ровно под перекрестье гарды. Я сделал короткий пробный взмах, со свистом рассекая застоявшийся воздух лавки. Клинок лег в руку как влитой.

— Гномья работа. Южные кланы, — неохотно признал Фарго. — Тяжеловат, зато прорубает пластинчатый доспех до самых ребер. Надежен, как скала. Сломать его можно, только если засунешь под кузнечный пресс, да и то я бы поставил на меч. Но из-за смещенного центра тяжести неподготовленный боец с непривычки отмотает себе кисть.

— С кистью я как-нибудь разберусь, — хмыкнул я, опуская оружие. — Сколько?

Фарго мгновенно преобразился. Его глаза сузились, превратившись в две расчетливые щелочки. Игра началась.

— Восемьдесят золотых. Учитывая редкость, гномье клеймо и заводское серебрение стали.

— Теос, Фарго, я покупаю кусок железа, а не самого гнома в рабство. Тридцать.

— Тридцать⁈ Марек, ты разбиваешь мне сердце! Да я за него полтинник отдал контрабандистам! Семьдесят, и я добавлю к нему прочные тисовые ножны с креплением на бедро.

— Сорок. И ножны ты добавишь в любом случае, иначе я засуну их тебе в…

— Пятьдесят пять! — взвизгнул Фарго, всплеснув руками. — Ни медяком меньше! Мои дети умрут с голоду!