Книга Мертвая невеста, страница 97 – Дарья Иорданская

Кружилась и болела голова. Ло Фэн почти сразу пожалел, что встал с постели, но откладывать разговор с начальством было недопустимо. Все, кто оставался в Цинтай, подвергались серьезной опасности.

История выглядела совершенно безумно, и, конечно, в первую минуту шеф не воспринял ее всерьез. Отчасти тут был виноват сам Ло Фэн. Он уже длительное время был одержим этой деревней.

— Где ты, Сяо Фэн? – по-отечески проворчал шеф, когда Ло Фэн закончил свой достаточно сбивчивый рассказ. – Впрочем, это неважно. Возвращайся, твое дисциплинарное дело улажено.

Дисциплинарное дело… Ло Фэн и забыл уже о нем.

— Я не могу.

— Немедленно, Сяо Фэн! – шеф добавил в голос строгости. Выглядело это, как всегда, так, словно он журит провинившееся дитя.

— Я действительно не могу, шеф. Я сейчас в больнице…

Ло Фэн почти воочию увидел, как брови шефа сходятся на переносице, и лицо превращается в театральную маску демона или грозного воина.

— Что случилось?

Ло Фэн с готовностью дополнил свой рассказ новыми подробностями. Пока он говорил, в трубке слышалось пыхтение, то недоверчивое, то недовольное. Когда Ло Фэн закончил, шеф выдержал паузу, «воспитательную», как он ее называл, а после быстро проговорил:

— Выезжаем. Будем на месте к ночи, если не начнется ливень. А ты… исполняй предписания врача.

Повесив трубку, Ло Фэн с немалой радостью вернулся в постель. Лег, опустил голову на подушку и закрыл глаза. Ему следовало бы радоваться, что столько времени его занимавшее дело подходит к концу, но в действительности Ло Фэн не испытывал ничего, кроме усталости.

* * *

«Прошло две ночи, и теперь я ясно понимаю, что не один здесь. Моего запаса свечей хватает, чтобы осветить при необходимости приличную часть пещеры (фонарь я берегу, у меня только одна запасная батарея), но я слышу, как кто-то ходит в темноте. Пещера слишком велика. Я использовал амулеты на всех подозрительных предметах. Они сгорают только подле алькова, где я устроил лагерь. Кто-то приходит, когда я сплю. Я задаю вопросы, но никто не отвечает.

Она появляется на третьи сутки, и наконец-то мне понятно, почему ее называют Невестой. На ней красный наряд, пошитый по моде эпохи Тан^[13], а на голове шляпа с красной вуалью. Ее сила поражает, она не похожа на то, что я встречал прежде. Ни в коллекции Сянь, ни у Фань я не видел подобного. Она молчит.

Я впервые слышу ее голос, он мелодичен и нежен, как у Лисы. Она хочет знать мое имя, я – ее, и, конечно же, мы оба молчим.

Я слабею. Еды у меня мало, как и воды. Здесь есть небольшой источник в глубине пещеры, но вода в нем пахнет серой. Я не знаю, насколько безопасно пить ее. Впрочем, задумываться о таком смешно. Я уже не питаю надежд. Я здесь умру, потому что из пещер нет выхода. Только одно мучит меня: моя Тао Тао останется совсем одна, а мое дитя родится и вырастет, так и не узнав отца. Уезжая, я взял с брата слово, что он позаботится о моей семье, но… но…

На этот раз Невеста спрашивает нечто дельное:

– Ты хочешь выйти отсюда?

– Конечно, хочу, – отвечаю я. Я все еще опасаюсь с ней разговаривать, но к чему осторожность. Я уже мертвец.

– Давай заключим договор.

Она подошла так близко, что под вуалью можно различить ее лицо. Она мила и походит на человека, но она совершенно точно не человек и не обычный дух, не демоница и не лиса. Ее сила не схожа ни с чем, ранее мне известным. Теперь я понимаю, почему эта история так заинтересовала мастера Мо.