Книга Мертвая невеста, страница 27 – Дарья Иорданская

— Соберите мужчин, – приказала старейшина. – Осмотрите долину. А вам, госпожа Мэй, следует остаться здесь и читать молитвы. Я научу вас.

Мэй Мэй, вполне справившаяся с робостью, фыркнула.

— Вам следует серьезнее относиться к нашим традициям, госпожа Мэй, – покачала головой старейшина. – Это древняя земля, и она испокон живет так. И мы соблюдаем ее законы. Нарушитель всегда оказывается наказан.

— Это угроза? – нахмурилась Мэй Мэй.

Старейшина покачала головой:

— Это предупреждение. Когда вернется мой внук, пошлите его ко мне. – И, развернувшись, старейшина медленно и величественно покинула храм. Когда она переступила порог, Лусы показалось, что дышать сразу же стало легче. И звуки вернулись: перешептывания, возмущенное ворчание Мэй Мэй, чьи-то причитания.

Подошедший Джеки похлопал Лусы по плечу, вызвав целую волну брезгливости.

— Ну, нам тут делать больше нечего.

Лусы шагнула в сторону, увеличивая расстояние. Джеки в этот раз, по счастью, остался стоять на месте.

— Ну, идем?

— А где Ночь? – спохватилась Лусы.

Ночь умела быть незаметной. Она, по правде говоря, таковой и была: всегда скрывалась в тени и старалась занимать как можно меньше места, не привлекать к себе внимания. Но сейчас-то ее действительно не было.

— А мне почем знать? – отмахнулся Джеки. – А-а, жрать хочу!

И, потягиваясь на ходу, он вышел. Лусы обернулась и посмотрела на алтарь, тонущий в полумраке. Померещилось, там, как и в доме Сяо Лу, стоит небольшая гибкая фигурка – кукла или, может, ребенок, – вся в красном с головы до ног, укутанная в алое покрывало. Лусы моргнула, и наваждение пропало. Не больше, чем игра теней, мираж, рожденный пылью, дымом и воображением. Тряхнув головой, Лусы поспешила выйти на воздух.

* * *

Дорога назад заняла вдвое больше времени, и не только из-за травмированной ноги А Ли. Все устали, и, пожалуй, один только Ло Фэн не останавливался через каждый шаг, чтобы перевести дух и поныть. Это делало его еще подозрительнее.

Тут, конечно, не Ченю было судить – его собственные намерения были бесконечно далеки от правильных, но невольно задашься вопросом, зачем такой человек появился в здешней глуши. Снимать пылью и молью траченые обряды?

Вскоре, впрочем, стало не до раздумий. В некоторых местах спуск был слишком крутой, и тащить на себе раненого приходилось втроем. Хо Ян в этом, конечно же, не участвовал. Из-за многочисленных задержек до деревни добрались уже в сумерках, когда с гор наползли туман и холод. Ноги подгибались от усталости, а А Ли то и дело задремывал – или, может, терял сознание, – тело его тяжелело еще больше. Чудо было, что Чень, Хон и Ло Фэн себе ноги не переломали вдобавок.

Добравшись до края деревни, они опустили А Ли на траву и повалились рядом, пытаясь размять кто ноги, кто шею.

— А-а-а, жрать хочу! – пожаловался Хо Ян, в который раз прикладываясь к своей фляжке. Язык его начал уже немного заплетаться, хотя пьянел Хо Ян всегда медленно.

— Дом там, – Чень указал влево. – Ужин наверняка накрыт. Нужно найти доктора.

— И что, есть тут подходящий? – поинтересовался Фэн.

Чень поморщился:

— Конечно, нет. Здесь же средневековье. Тут есть знахарь, шаман и пара даосов-волшебников.

— Извини, извини, был неправ, – Ло Фэн со смехом поднялся. – Куда идти?