Книга Сталь и магия, страница 5 – Алексей Шумилов

Брюнетка поставила почти пустую пиалу на стол, скользнула презрительным взглядом по оторопевшему Максу, и плавно покачивая бедрами, неторопливо пошла в другой конец зала.

— Похоже, ты коллекционируешь цитаты и изречения знаменитостей, чтобы посылать парней, — отчаянно бросил Соколовский.

— Только тех, которые не думают головой, и считают, что дешевый сарказм — признак ума, — отбрила девушка, даже не обернувшись.

— Ключевое слово — не думают! — выпалил он.

Она величественно отмахнулась и продолжила путь в другой конец зала.

— Какая девушка, — растеряно прошептал Макс в спину уходящей красотке. — Она будет моей, клянусь…

Машину неожиданно тряхнуло. Вскрикнула от неожиданности Катя. Похолодевшее сознание зафиксировало глухой звук лопнувшей шины. Максим резко нажал на педаль. Истошно завизжали тормоза, «мустанг» пошел юзом, противно заскрежетало железо.

— Макс! — отчаянно вскрикнула девушка.

Машина вылетела за столбики барьеров, опасно накренилась над пропастью. В лобовом стекле отражался обрыв, темные пенящиеся морские волны, с глухим шумом разбивающиеся о торчащие скалы. У парня внутри все сжалось, он физически ощутил приближающийся удар. Максим отчаянно рванул дверь со стороны девушки и заорал:

— Выпрыгивай отсюда, быстрее, твою мать!

Катя вышла из ступора, дернулась к маячащей рядом спасительной земле и опоздала. Машина накренилась ещё сильнее, короткий миг колебания над пропастью и «мустанг» сорвался вниз. Через мгновение автомобиль потряс страшный удар.

«Только не это», — мелькнуло в угасающем сознании парня. — «Катя, прости»…

Провалившийся в предсмертное забытье Макс не видел, как яркая синяя молния, появившаяся из ниоткуда, расколола напополам хмурое черное небо. Громыхнуло и прозрачный купол, сверкающий золотистыми искорками, бережно окутал искореженный «мустанг» с двумя переломанными окровавленными телами.

Мощный удар, потряс Катю от макушки до кончиков пальцев. Ладони немели, боль огненной лавой разлившаяся по изломанному телу, через несколько мгновений сменилась предсмертным ледяным холодом.

Девушка плавала в полубессознательном состоянии. Перед глазами разноцветным калейдоскопом проносились родные лица: родители, брат, Макс. Урывками всплывали воспоминания: то ощущение безмятежного счастья, сияющего теплого майского солнца, заботливые руки мамы раскачивают качельку, и пятилетняя кроха счастливо повизгивает от переполняющих эмоций. Вот она, уже немного постарше, бродит по лесу, собирает грибы, любуется улитками, ползающими по листьям, и гусеницами, на сучьях деревьев. Вот, она в первый раз идёт в школу, мать завязывает на двух смешных куцых косичках пышные белые банты и маленькая Катя кажется себе очень взрослой и серьезной…

Картинки умирающего сознания тускнели и стирались из памяти. Девушка медленно проваливалась в холодную тьму могильной вечности…

Пробуждение было резким и шокирующим, будто она только что захлебывалась и шла ко дну, отчаянно молотя руками и ногами, пытаясь прорваться сквозь темную глубину к подсвеченной солнцем бирюзовой поверхности.

В закрытых глазах весело заплясали светлые пятна. Густые длинные ресницы девушки, неподвижно лежащей на широкой кровати, украшенной тяжелым завязанным в узлы бордовым балдахином, дрогнули. Потом затрепетали крыльями бабочки. Яркие голубые глаза открылись и сразу изумленно распахнулись. Огромная комната перед ней плыла, изображение колебалось, будто отражение в пруду потревожил неожиданный порыв ветра.