Книга Город потерянных душ, страница 96 – Кассандра Клэр

— Не хочу идти вниз.

— Спи сегодня со мной, если хочешь. – Его золотые глаза сверкнули в темноте. – Или в хозяйской спальне. Я не буду от тебя требовать…

— Хочу с тобой, – выпалила она, сама себе удивившись. Наверное, просто не смогла бы себя заставить ночевать в комнате, где когда-то спал Валентин, где надеялся снова жить с мамой. А может, она просто устала, да к тому же всего раз она провела ночь в одной кровати с Джейсом, и даже тогда они спали, лишь соприкасаясь руками, будто между ними лежал обнаженный меч.

— Дай мне секунду прибраться. Там бардак.

— О да, когда я зашла, увидела даже целую одну пылинку на подоконнике. Разберись как-нибудь!

Он потянул ее за локон, пропустил его сквозь пальцы.

— Не хочу идти против своих же интересов, но тебе что-то нужно для сна? Пижама или…

Клэри подумала о шкафе, забитом одеждой, в хозяйской спальне. Пожалуй, нужно было привыкать к этой мысли. Чем скорее, тем лучше.

— Я найду себе ночнушку.

Через несколько минут, стоя перед открытым шкафом, она сообразила, что он полон вещей, которые мужчины мечтают видеть на своих женщинах, а не тех, что предпочитают сами женщины. Клэри обычно спала в майке и пижамных шортах, но теперь перед ней висели исключительно шелковые, кружевные или практически невидимые наряды, а иногда и все сразу. Наконец, она остановилась на сорочке из бледно-зеленого шелка и длиной до середины бедра. Она подумала о красных ногтях девушки, положившей руку на грудь Себастьяна, и глянула на собственные обкусанные ногти на руках, на ногти на ногах, не знавшие ничего кроме прозрачного лака. Интересно, каково было бы стать как Изабель – уметь использовать женственность как оружие, а не смотреть на ее проявления, как на ненужный деньрожденческий подарок, который не знаешь куда поставить.

Она коснулась золотого кольца на удачу и вернулась в спальню Джейса. Тот сидел на кровати без рубашки, в одних черных пижамных штанах, и читал при желтом свете ночника. Клэри постояла немного, разглядывая его, улавливая движение мышц под кожей каждый раз, когда он переворачивал страницу. Над сердцем так и осталась метка Лилит, не черная, как кружево остальных его меток, серебристо-красная, словно кровавая ртуть. Она казалась чужой, не его.

Дверь закрылась со щелчком, и Джейс поднял глаза. Увидев выражение его лица, Клэри подумала, что хоть она, может, и не фанатка ночных сорочек, но, вероятно, нашла фаната. От его взгляда мурашки бежали по коже.

— Тебе холодно? – Он отогнул одеяло и бросил книгу на тумбочку, и Клэри скользнула к нему, прижалась. Они, кажется, множество часов лежали в той лодке и целовались, но тогда все было по-другому: на них смотрели звезды, на них смотрел город. Теперь же они остались только вдвоем под одним одеялом: внезапная близость и жар их тел. Никто их не видел, некому было их останавливать, да и зачем? Когда Джейс коснулся ее щеки, Клэри испугалась, что стук крови в ушах оглушит.

Джейс был так близко, что она могла рассмотреть все оттенки золотого в его мерцающих, как опал, глазах. Долго она чувствовала лишь холод, а теперь ей казалось, что она горит и тает одновременно – а ведь они едва касались друг друга. Ее взгляд все время притягивали самые уязвимые места Джейса: его виски, его глаза, бьющаяся жилка над ключицей, у самого горла. Как же хотелось поцеловать его туда, почувствовать губами пульс.