Книга Город потерянных душ, страница 12 – Кассандра Клэр

— Папа пытается стать Инквизитором. Что думаешь?

— Звучит как скучная работа. Не понимаю, зачем ему это.

Изабель держала над собой прозрачный зонтик с узорами из разноцветных цветочков. Самая девчачья штука, которую Саймон вообще видел, и он не мог винить Алека за то, что тот выбрал стоять под дождем.

— Не в скуке дело! – прошипела Изабель. – Если он займет пост, будет постоянно пропадать в Идрисе. Постоянно, понимаешь? Он не сможет управлять Институтом и одновременно быть Инквизитором.

— Если ты не заметила, Из, он и так все время в Идрисе.

— Алек…

Светофор переключился, и ее слова потонули в реве рванувших вперед машин, разбрызгивающих на тротуар ледяную воду. Клэри увернулась от одной такой волны и чуть не врезалась в Саймона. Он успел схватить ее за руку, чтобы она не упала.

— Прости. – Ее рука была такой маленькой и холодной. – Задумалась.

— Понимаю. – Он пытался не показывать беспокойства. Последние две недели Клэри только и делала, что думала о Джейсе, ни на что не обращая внимания. Сначала плакала, потом злилась, что не может искать с остальными, злилась на бесконечные допросы Совета, на то, что ее практически держат под домашним арестом, что Конклав ее подозревает. Но сильнее всего злилась на себя, потому что не могла придумать подходящую руну. Ночами просиживала за столом, сжимая стило в побелевших пальцах так сильно, что оно едва не ломалось. Пыталась заставить собственный разум показать ей, где Джейс, но ночь проходила за ночью, а ничего не получалось.

Когда они пробрались в парк через пролом в стене на Пятой авеню, Саймон вдруг подумал, что Клэри и выглядеть стала старше. Не в плохом смысле, просто перед ним была уже не девчонка, пришедшая в клуб «Пандемониум» той судьбоносной ночью. Она стала выше… нет, не то. Ее лицо посерьезнело, в походке чувствовалась грация и сила, взгляд зеленых глаз уже не метался, а стал более сосредоточенным. Саймон с удивлением понял, что она все сильнее походила на Джослин.

Клэри вошла в круг деревьев. Они плакали дождевыми каплями, но все-таки защищали от ливня. Девушки прислонили зонтики к стволам. Клэри сняла с шеи цепочку, и колокольчик скользнул в ее подставленную ладонь.

— Это большой риск, – сказала она. – И я уверена, что если пойду на это, обратного пути не будет. Поэтому, если кто-то из вас не хочет со мной идти, я пойму. Все хорошо.

Саймон молча взял ее за руку. Ему даже думать не надо было. Он поддерживал Клэри, куда бы та ни отправилась. Они через столько прошли вместе, что иначе просто быть не могло. Изабель последовала его примеру, потом Алек. Дождь капал с его длинных ресниц, как слезы, но лицо отражало решительность. Вчетвером они крепко взялись за руки.

Клэри позвонила в колокольчик.

Мир закружился, но не так, как в портале, когда кажется, что тебя несет в сердце шторма. А, скорее, будто сидишь на карусели, вращающейся все быстрее и быстрее. Клэри уже начало подташнивать, но «карусель» резко остановилась: они вчетвером снова стояли, держась за руки.

Отпустив Саймона и Изабель, Клэри осмотрелась. Она уже бывала в этом золотисто-коричневом коридоре, словно вырезанном из тигрового глаза. Гладкие полы, вытертые за тысячи лет сотнями ног фейри. Стены и потолок искрились россыпью золотых осколков, в конце коридора колыхался цветастый занавес, хотя здесь, под землей, не могло быть ветра. Приблизившись, Клэри поняла: он сшит из бабочек. Некоторые были еще живы и пытались улететь – вот откуда взялось это колыхание.