Книга Литания Длинного Солнца, страница 350 – Джин Родман Вулф

— Можно подумать, ты видел летунов вблизи.

— В подзорную трубу, – уточнил Журавль. – Хочешь возразить, что их сравнивать было не с чем?

— Ну, дабы сделать тебе одолжение, допустим, да.

— Сравнения мне не требовалось. У маленьких людей пропорции тела не те, что у здоровяков, о чем я, маленький и хилый медик, прекрасно осведомлен. К примеру, голова маленького человека гораздо крупнее по отношению к плечам.

Шелк в нетерпении переступил с ноги на ногу.

— Если кто-либо может вот-вот умереть…

— Этим кем-либо вполне можешь стать ты, Твое Высокомудрие, – заметил Лемур, опустив на плечо Шелка увесистую ладонь. – Исключительно в порядке гипотезы: допустим, я замышляю оторвать тебе голову, как только ты принесешь этому несчастному Прощение Паса. В этаком случае сокращение дискуссии существенно сократит твою жизнь.

— Как гражданину, мне полагается публичный суд и адвокат. А как авгур, я…

Пальцы Лемура сжали плечо сильнее.

— Жаль, жаль, что сам ты, Твое Высокомудрие, не адвокат. Будучи таковым, ты знал бы о существовании еще одной, неписаной статьи закона, гласящей: насущные нужды Вирона превыше всего. В то время как мы с тобою беседуем, клика лживых, недовольных радикалов пытается свергнуть законную власть, Аюнтамьенто, заменив оный правлением одного крайне неопытного, но весьма хитроумного, проницательного, признаю сие прямо, авгура, мутящего умы горожан, сотрясая воздух множеством суеверного вздора, врак насчет просветления и – якобы! – особой благосклонности к нему со стороны богов. Плечо как? Не больно?

— Признаться, да. Да, больно. Очень.

— А ведь запросто может стать еще больнее. Разговоры с богиней в непотребном доме – правда? Отвечай «нет», иначе сломаю кости.

— С богиней в том же смысле, в каком ниспославший мне просветление бог есть бог? Доктор Журавль утверждает, что таких созданий не существует вовсе. Прав ли он или нет, по-моему, подобных богов вряд ли более одного. Этот – единственный в своем роде.

Лемур сжал пальцы еще сильнее, так, что Шелк, если б мог, рухнул бы на колени.

— Ну что ж, пожалуй, Твоему Высокомудрию не помешает послушать, как мне пришло в голову добыть летуна для исследований при помощи хищной птицы. Как я при виде ястреба, бьющего крохаля в сумерках, понял: вот оно, то, что нам нужно. Как в совершеннейшей тайне от всех прочесывал Вирон, разыскивая подходящего исполнителя, как отыскал его…

Шелк застонал.

— И так далее и так далее, – вмешался в разговор доктор Журавль. – Отпусти его, и я расскажу, как мы об этом узнали.

— Оставь его!

Вырвавшаяся из полумрака Мамелхва со всех ног бросилась к Шелку.

— Пусти его, клятый робот! ТВАРЬ!

Наготу ее прикрывала лишь испятнанная кровью тряпка, повязанная вокруг пояса. Полные груди и округлые бедра Мамелхвы мелко подрагивали, голое тело приобрело оттенок старинной слоновой кости.

Лемур, отпустив плечо Шелка, небрежно хлестнул Мамелхву по лицу. Лобную кость, блеснувшую белизной под рассеченной его длинными ногтями кожей, тут же залило хлынувшей из ран кровью.

Поспешно присев возле нее на корточки, Журавль щелкнул замком коричневого докторского саквояжа.

— Прекрасно, доктор, прекрасно, – хмыкнул Лемур. – Разумеется, подлатать ее нужно… только не здесь.

Вскинув Мамелхву на плечо, советник твердым шагом направился прочь.