Книга Солнце и Замок, страница 283 – Джин Родман Вулф

Имен собственных в «Книге Нового Солнца» немало, однако на страницах предыдущего эссе я затронул этот вопрос лишь мимоходом, обсудив с вами названия Урд и еще одной из планет, да попробовав объяснить, отчего Башня Матачинов называется Башней Матачинов. В данной же статье мне хотелось бы поговорить об именах и названиях обстоятельно, начав с правила именования, коему я неукоснительно следовал от начала и до конца: «Всякое имя вполне отражает суть».

Человеческие имена в «Книге Нового Солнца» – просто человеческие имена. (Исключение припоминаю только одно, Верного Группе Семнадцати асцианина, появляющегося в «Цитадели Автарха».) Севериан, Водал, Агил – все это вполне обычные, хотя ныне редкие имена мужчин. Если вам вдруг захочется назвать новорожденную дочь Валерией, Теклой или Доркас, будьте уверены, она получит настоящее, не вымышленное имя, принадлежавшее в прошлом множеству женщин и, несомненно, принадлежащее кое-кому в наши дни. Если уж на то пошло, имя «Доркас» даже сегодня не слишком-то необычно. Женщина по имени Доркас изображена в романе Роберта Э. Хайнлайна «Чужак в чужой стране», а в фильме «Большое ограбление Маппетов»^[44] так зовут жену Невилла, персонажа, сыгранного Джоном Клизом. Имя Иона встречается еще в Ветхом Завете: это древнейший из еврейских пророков, чьи писания дошли до нашего времени, а родился он в Гафхефере, на севере Галилеи, всего в паре часов пути от Назарета, где около восьми веков спустя жил Иисус Христос.

Чудовища, согласно тому же правилу, названы именами чудовищ. Изначально Эреб был сыном Хаоса, богом тьмы и супругом Никты, богини ночи (и, следовательно, если угодно, отчимом нашей царевны Ноктуа). Мало этого, в Антарктиде находится гора Эребус, самый южный из действующих вулканов Земли – чем не средоточие темной, ледяной мощи Эреба?

Если Эреб – чудовище льдов и холода, Абайя, хоть ему и союзник – полная его противоположность. Изначально Абайя – гигантский морской угорь, обитающий в теплых южных водах Тихого океана. Отроду не упускающий из виду очевидного, я снабдил нашего Абайю конкубинами, наложницами из исполинских ундин.

В «Книге Нового Солнца» этих титанических красавиц называют также водяными женщинами, русалками, а и ундины, и русалки (насколько бы ни отличались друг от дружки) обладают весьма сомнительной репутацией. Ундины – духи водной стихии: само слово «ундина» происходит от латинского «unda» (волна). Подобно всем духам стихий, они обладают тем же характером, что и родная среда обитания; посему ундины прекрасны собой, непоседливы и смертоносны. Еще одно, не настолько бросающееся в глаза свойство воды – это способность сообщать телам живых существ необычайную легкость, практически невесомость. Многие, самые разные писатели обращают внимание на то, что человека нельзя увеличивать в размере до бесконечности, так как вес тела при этом будет расти пропорционально кубу, а прочность костей – только пропорционально квадрату масштабирующего коэффициента. Достигнув определенной величины, замечают они, наш исполин сломает ноги, едва попробовав встать (по той же причине невозможно построить самолет вдвое большей грузоподъемности, попросту увеличив в два раза размеры прежней модели). Да, все это чистая правда, однако лишь при условии, что наш великан находится на суше, а вот поместите его в воду – и пусть растет, сколько вам заблагорассудится. Таким же образом космическая невесомость (или, как выражаются физики, условия микрогравитации) допускает существование великанов, огромных, словно во сне. Вспомните: водяная женщина, заговорившая с Северианом у брода, упоминает о плавании среди звезд… однако мы уже слишком далеко отклонились от имен и названий.