Книга Последний поединок, страница 53 – Ольга Валентеева

— «Денни сказал», — передразнил ее Кей, а Ленси надулась. — Да ладно тебе! Слушай и дальше своего Денни.

— Никакой он не…

И осеклась. Все с ней ясно. Кейлин вздохнул.

— Давай и правда ложиться спать, — сказал он. — Уверен, в столице уже знают, что мы едем, и готовятся. Не стоит давать им слишком много времени.

— Хорошо, — кивнула Ленси. — А можно… я останусь у тебя? Мне немного страшно, если честно.

— Оставайся, — легко согласился Кей. — Места хватит.

Как в детстве. Когда Ленси снились кошмары, она всегда пробиралась к брату, и Кей успокаивал ее. Чаще всего она засыпала, свернувшись где-нибудь на уголке его кровати, а утром оба получали взбучку от воспитателей. Но Ленси все равно приходила.

Вот и сейчас Кей устроился с одного края, завернувшись в покрывало и оставив теплое одеяло сестре. Она укуталась в него, как в кокон, и закрыла глаза. Они оба устали, а самое сложное все еще впереди. Кейлин лежал, прислушиваясь к дыханию Валенсии. Она, кажется, сразу уснула, потому что дышала ровно, размеренно. Приоткрылась дверь, послышался цокот когтей.

— Не разбуди, — шепнул Кей Ветру.

Волкособ лег у кровати. Стало спокойнее — Ветру Кей доверял. Теперь и принц мог позволить себе уснуть, не услышав, как стучат когти по полу.

* * *

Королевский дворец Эффорта

Риббонс всего раз бывал в столице Эффорта — когда погиб предыдущий король, и они с Бертраном торжественно въезжали в город, чтобы показать власть Ландорна. Тогда Ферсон уже уехал, а его величество по-быстрому назначил Зейна наместником до совершеннолетия Кейлина и поторопился вернуться в Ландорн. И все же Риббонс хорошо помнил старинный величественный город, окруженный широкими реками. Острые пики его башен царапали небо, серые камни хранили память. Советник, при всей нелюбви к людям, уважал старинную архитектуру. И Хитали — так назывался город — ему нравился.

На воротах стража едва удостоила всадника взглядом. Недоработка Зейна. Так Эридан Ферсон вместе с Кейлином въедут в столицу, а нынешний король и не заметит. А значит, лишится трона. Может, и головы. Принц точно не в настроении вести светские беседы и делиться с дядюшкой последними новостями о своем заточении и благополучном освобождении.

Конечно, Риббонс надеялся, что до Хитали юный принц не доедет, но зная Ферсона, понимал: лучше подготовиться. Иначе потом придется спешно уносить отсюда ноги, а еще одного провала Бертран не простит. Впрочем, если король окажется настолько недальновидным, что решит избавиться от советника, тот тоже найдет способ избавиться. Только уже от короля.

У ворот дворца всадника, конечно, остановили.

— Кто такой? — на эффортском спросил высокий широкоплечий детина.

— Посланник от его величества Бертрана Ландорнского, — ответил Риббонс. — К королю Зейну. Срочно!

Упоминание Бертрана возымело волшебное действие. Риббонс предъявил и бумаги, подтверждающие его личность. После этого советника со всеми почестями пригласили во дворец. На полчаса оставили в гостиной — и Риббонс сделал зарубку не в пользу Зейна — а затем проводили в королевский кабинет.

Само собой, кабинет принадлежал когда-то Фридриху. И первое, что отметил советник, — здесь все еще чувствовался дух почившего короля. Мебель была добротная, без излишеств, в темных тонах. За столом сидел младший брат Фридриха Зейн. Внешне они были мало похожи. Риббонс запомнил Фридриха высоким, широкоплечим, с длинной темной гривой и пронзительным взглядом. Зейн был куда уже в кости, лицо имел худощавое, чуть вытянутое, кожа его не знала ветра и казалась слишком нежной, глазки бегали. Пародия на короля. Советник поморщился. Мелькнула даже мысль, что сбежавший принц смотрелся бы куда уместнее в этом кабинете, принадлежавшем его отцу.