Книга Злая. Сказка о ведьме Запада, страница 185 – Грегори Магуайр

Все вздохнули в унисон.

— Чтобы сохранить свою святость, она ушла в глушь с книгой священных писаний и одной-единственной гроздью винограда. Ей угрожали дикие звери, её преследовали дикари, и оттого она приходила в невероятное отчаяние. Затем Эллефаба наткнулась на огромный водопад, низвергающийся со скалы. Она сказала: «А это будет моя пещера», разделась донага и прошла прямо сквозь сплошную стену воды. За водопадом и вправду оказалась пещера, выдолбленная в камне брызгами. Эллефаба уселась там и в свете, что проникал сквозь водяную завесу, стала читать свою святую книгу и размышлять о духовном. Изредка она съедала по виноградинке. Когда виноград закончился, она вышла из пещеры. Оказалось, прошли сотни лет. На берегах ручья выросла деревня, неподалёку даже построили запруду с мельницей. Жители в ужасе шарахнулись от неё, ведь все они в детстве играли в пещере за водопадом – там встречались влюблённые, там происходили убийства и гнусные дела, там прятали сокровища, – но никто и никогда не видел там святую Эллефабу во всей её нагой красе. Однако стоило ей разомкнуть уста и заговорить на старинном языке, как все поняли, что это именно она, и выстроили в её честь часовню. Эллефаба благословляла детей и стариков, выслушивала исповеди взрослых людей, исцеляла больных, кормила голодных – ну, в общем, всё такое, – а потом снова скрылась за водопадом с новой гроздью винограда. Кажется, на этот раз гроздь была побольше. И с тех пор Эллефабу больше никто не видел.

— Значит, можно исчезнуть из мира, но не умереть… – проговорила Сарима, мечтательно глядя в дождливую пелену за окном.

— Если ты святая, – многозначительно уточнила Вторая.

— И если вообще верить во всю эту историю, – заметила Эльфаба, которая вошла в гостиную как раз под конец рассказа. – Эта якобы воскресшая святая Эллефаба могла оказаться ушлой девчонкой из соседнего городка, которая решила как следует обдурить доверчивых крестьян.

— Вот что делает вечное сомнение, – с лёгкой досадой сказала Сарима. – Лишает человека последней крупицы надежды. Тётушка, иногда ты меня просто убиваешь.

— Мне кажется, будет очень мило называть тебя Эльфабой, – усмехнулась Шестая, – потому что это очаровательная история. И так приятно было услышать твоё настоящее имя из уст няни.

— Даже не думай, – отрезала Эльфаба. – Если нянюшка не может удержаться – что ж, она старая, её не переделаешь. Но тебе такое не дозволено.

Шестая поджала губы, готовясь было возразить, но тут снизу послышался топот ног, и в комнату влетели Нор и Иржи.

— Мы нашли Лирра! – закричали они. – Скорее, он, кажется, мёртв! Он упал в рыбный колодец!

Все стремглав бросились вниз, в подвал. Лирра нашёл Чистри. Когда дети со зверьком проходили мимо колодца, снежная обезьянка вдруг сморщила нос, завыла, заскулила и начала тянуть лапами за тяжёлую крышку. Нор и Иржи тогда пришло в голову опустить его вниз в ведре, но стоило им сдвинуть крышку, как свет мазнул по бледной человеческой плоти – и они в ужасе отшатнулись.

Манек прибежал на шум голосов матери и остальных, сгрудившихся у колодца. Лирра вытащили наверх. Уровень воды поднялся из-за дождей и талого снега. Лирр был похож на разбухший труп, долго пролежавший в реке.

— О, так вот где он был, – сказал Манек каким-то странным голосом. – А ведь он говорил, что хочет как-нибудь залезть в рыбный колодец.