Книга Злая: Детство, страница 16 – Грегори Магуайр

Итак, враждебно настроенный боевой отряд возник этим утром из тумана ради мести за убийство Черепашьего Сердца – примерно год спустя после случившегося. И теперь они ищут кого-нибудь из маленьких дочерей миссионеров из Манникина – чтобы сделать одну из них заложницей. Или, возможно, жертвой возмездия.

Но вернёмся к Мелене. Почему на неё так трудно смотреть? Может, потому, что она красива, а на красоте сложно удерживать взгляд? Или потому, что прежде мы всегда видели её с дурной стороны, холодной и отчуждённой матерью, как бывает со многими, – и этот исключительный поступок, достойный и даже смелый, не соответствует тому, что мы о ней знаем?

Такой храброй она уже больше не будет. Пока она ждёт ответа вожака на предложение, с запинкой озвученное Северином от её имени, она уже жалеет, что вмешалась. Но всё же стоит неподвижно, опустив руки, вздёрнув подбородок. В ней куда больше от гневливого и гордого деда, чем она сама сознаёт.

Часть этого гнева унаследует и Эльфаба, хотя ей неоткуда будет об этом узнать: она сочтёт, что самостоятельно вылепила свой характер – из-за отсутствия надлежащего примера. Да и какая разница, права она или нет? Быть может, в конечном счёте неважно, как мы сделались такими, какие есть, – важно лишь, каковы мы сейчас.

11

Имя вожака пока не упоминалось ни разу. На самом деле в этом нет ничего оскорбительного. Главаря вылазки выбрали в это же утро из группы добровольцев. Он сложит с себя полномочия к ночи (если вообще переживёт эту стычку). Отсутствие имён – залог безопасности. Впрочем, этого парня зовут Ойииати, но запоминать его имя не стоит; больше вы о нём не услышите.

Представьте себе человека ростом выше, чем Мелена и Северин, но примерно того же телосложения. Его лоб и рельефные грудные мышцы блестят от пота, как лакированные. Остальные в отряде выглядят примерно так же. Ни в одном мстителе-квадлинге не чувствуется ни тени сомнения в целях их миссии или раздражения от того, что их отправил сюда некто вышестоящий.

Но по внешности трудно судить о внутренних противоречиях, а они-то и делают людей людьми.

Мелена, безусловно, прекрасна в роли мученицы. Мелена, рождённая в линии, близкой к королевскому роду, из семьи с собственным гербом и особой ливреей – достаточно богатой, чтобы не замечать, что у большинства других семейств такой роскоши нет.

История переменчива. Она не может иначе. Если бы этот миг был увековечен в виде мраморного барельефа или настенной фрески, со временем он приобрёл бы в глазах народа совершенно иное значение. Мелена стала бы выглядеть эгоцентричной гордячкой. Няня – угнетённой. Северин и Снэппер – корыстными подлецами. Главарь со своим отрядом – благородными защитниками своей земли. Последний бой обречённых духопоклонников. Последняя вспышка независимости Края Квадлингов. А вот Буззи… но вряд ли кто-нибудь сумел бы разобраться, к чему она в этой истории. Она – случайное отклонение, которое не даёт статичному моменту застыть окончательно.

Память и история систематизируют восприятие, но в жизни никто никогда не знает чужих мыслей. Ничто не стоит на месте. Вот в гобелене появляется вредитель-мотылёк, вот молоток бьёт по мраморному фризу. Вот оно, нарушение хода вещей.

Выходит из зарослей тростника – три фута зелени на двух зелёных тонких ножках.