Книга Сын, о котором ты не знал, страница 16 – Ева Шах

Он закрыл глаза на секунду.

— Нет.

И это “нет” было страшнее поцелуя.

Потому что после него уже не остаётся иллюзий.

Я не знаю, кто двинулся первым.

Может, никто. Может, это случилось само.

Только секунду назад между нами было расстояние, а потом его уже не было.

Он коснулся моей щеки так медленно, словно давал мне последний шанс отступить.

— Скажи, если мне нельзя.

Я хотела сказать.

Правда хотела.

Но вместо этого лишь выдохнула его имя:

— Артём…

И всё кончилось.

Он накрыл мои губы своими так, будто слишком долго держался и больше уже не мог. Не грубо. Не жадно с первой секунды. Но с таким напряжением, с такой сдержанной силой, что меня прошило насквозь.

Это не было похоже ни на что из того, что я себе представляла.

Никакой киношной картинки.

Никакой музыки в голове.

Только жар. Только дрожь. Только чувство, что меня наконец-то коснулось то, чего я ждала гораздо дольше, чем готова признать.

Я вцепилась пальцами в его пальто.

Он углубил поцелуй, тихо, осторожно, словно всё ещё боялся меня спугнуть. Но в этом спокойствии было столько голода, что у меня слабели руки.

Когда он отстранился, я поняла, что задыхаюсь.

Он тоже.

Лоб к лбу. Один воздух на двоих. Один ритм.

— Господи, — хрипло выдохнул он. — Я пропал.

У меня дрожали губы.

— Я, кажется, тоже.

Он прикрыл глаза, коснулся большим пальцем моей нижней губы.

— Ты не представляешь, как сильно мне хотелось это сделать.

— Представляю, — прошептала я.

— Нет. Не представляешь.

Он поцеловал меня снова. Уже иначе. Глубже. Горячее. Так, что весь мир за окнами машины исчез. Осталась только его ладонь у меня на шее, его дыхание, моя собственная слабость и счастье, от которого было почти больно.

Я никогда не целовалась так.

Чтобы всё внутри разом.

Чтобы страшно.

Чтобы сладко.

Чтобы будто по живому.

В какой-то момент он резко отстранился и уткнулся лбом в руль.

— Чёрт.

Я сидела, прижимая пальцы к губам.

— Что?

— Если я ещё хоть минуту останусь рядом так близко, я увезу тебя не домой.

От этих слов по телу прокатилась волна жара.

И, наверное, это отразилось у меня на лице.

Потому что он глухо усмехнулся, даже не глядя.

— Не смотри на меня так.

— Как?

— Как будто ты не против.

Я не смогла ответить.

Это и было ответом.

Он медленно повернулся ко мне. Взгляд — тёмный, тяжёлый, почти голодный.

— Ева.

— Да?

— Ты даже не представляешь, насколько опасно сейчас звучит это “да”.

Я закусила губу.

И он тут же посмотрел на неё так, что у меня низ живота свело сладкой судорогой.

Господи.

Что он со мной делает.

— Отвези меня домой, — сказала я дрожащим голосом.

Он кивнул сразу.

Не споря.

Не продавливая.

И именно это окончательно добило.

Потому что мужчина, который умеет остановиться на краю, опаснее вдвойне.

На следующее утро я проснулась с ощущением, что у меня температура.

Щёки горели. Губы помнили. Тело жило отдельно от головы — слишком чуткое, слишком чувствительное, будто одна ночь сделала меня другой.

Я лежала под одеялом и смотрела в потолок, пытаясь понять, что теперь делать.

Ответа не было.

Только одно ясное знание: я не смогу прийти в офис и сделать вид, что между нами ничего не произошло.

Потому что произошло всё.

Даже если это был всего лишь поцелуй.

В офис я всё равно пришла.

Поздно было бы бежать теперь.