Книга Яйца всмятку, страница 36 – Мари Соль

— Привет, мам, — говорю ей, — Ну, как ты?

Я пережила свою маму на девять лет. То есть, теперь, получается, я её старше.

— А я, представляешь, развожусь? — делюсь с надгробием, пока стряхиваю с него пыль и растительный мусор, — Почему? Потому!

Выпрямляюсь. На фото у мамы такой жизнерадостный вид. Прямо бесит!

— Что? Простить? Ну, конечно! — натираю я камень, — Изменяют с такими, как ты. А на таких, как я, женятся. Вот и мой отыскал себе куклу.

«Мужики, что с них взять?», — сказала бы мама. Хотя она в своё время брала и брала. Нагрешила при жизни! Ушла. А я теперь отдувайся.

Я плюю на её фотографию. Тру что есть силы.

— Тебе там не жарко, в аду? А то у вас же там круглый год лето.

Бросаю тряпку в пакет. И беру себя в руки. Как говорится, о покойниках либо хорошо, либо ничего. Уходя, я прощаю, её и себя. За отсутствие родственных чувств и семейную карму. Надеюсь, хотя бы у Катьки всё сложится? Ей достанется преданный, честный и любящий муж! Не в пример её «бедному папе».

Женя

На работу я всё-таки вышел. Вот не могут они без меня! Сегодня ночью линия встала. Бригадир позвонил: «Выходи!». Обещал по двойному тарифу. Ну, мне деньги лишними не будут. Катьке надо ботинки новые. Оле подарок какой-нибудь.

Даже не знаю, что именно. Ювелирку? Её набор украшений не меняется. Серёжки от бабушки. Цепочка с золотым крестиком. Обручальное кольцо. Правда… Насчёт последнего не знаю. Надеюсь, пока не сняла.

У нас было просто с подарками. Она говорила: «Мне нужно то-то и то-то», и я покупал. Приурочивал к дате. Сюрпризов я делать не люблю и не умею. Цветы разве что. Но разве цветами загладишь вину? А я виноват. Чёрт побери, я так виноват! Сам знаю. А вот что делать, не знаю. Потому и пришёл в этот бар.

С корефаном сидим, пьём пивко, за людьми наблюдаем. С Борькой знаем друг друга давно! Вот как пришёл на завод, так и познакомились. Он — мужик простой, без закидонов. Говорит, как думает! И это мне в нём нравится.

— А я тебя предупреждал, за двумя зайчихами погонишься, ни одной не поймаешь. Обе дрыснут! — изрекает глубокомысленно.

Я поделился. Надо же с кем-то делиться? Иначе башка треснет от мыслей.

— Да знаю я, — морщусь.

— Чё планируешь? — интересуется он.

Я вздыхаю:

— Ольгу вернуть.

Борька смеётся. Как будто не верит:

— Непростая задача, братан!

Я вижу белый хвост, мелькнувший в подсобке. Сегодня Анжелкина смена. Но эта курва прячется от меня! Наверняка, её подруженции сказали, что караулю снаружи? Теперь сидит, затаилась.

— Подожди-ка, — бросаю Боряну.

Сам иду напролом. Ага! В туалете закрылась. В служебном. Ну, ничего, подожду! При мне её фифы не решаются вякнуть. Зыркают молча. Уходят.

И Анжелка, в неведении, ссыт. Я жду, пока дверца откроется. А вот и она…

— Попалась, красавица? — хватаю её за предплечье, пока не успела сбежать.

Анж вырывается. Но я прижимаю к стене.

— Какого хрена ты делаешь, а? Я просил тебя что ли? — нависаю над ней. Между нами совсем не осталось пространства. Я ведь могу раздавить её, если чуток поднажму.

— Хотела увидеть, с кем ты живёшь, — шипит как змея, — Наконец-то увидела!

— Ну и что? Полегчало? — цежу я сквозь зубы.

— Ага, не то слово, — кривит она ярко накрашенный рот, — Ожидания VS реальность.

Моя ладонь ползёт к её шее. Пальцы смыкаются. Ощущаю биение пульса под кожей. Её пульса. И своего: